html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Из последних сил небесных. С чьей помощью победили сборную Норвегии в гандбол

С чьей помощью победили сборную Норвегии в гандбол

Специальный корреспондент "Ъ" АНДРЕЙ КОЛЕСНИКОВ на полуфинальном гандбольном матче Россия--Норвегия, сидя рядом с отцом Андреем, президентом Федерации гандбола России Сергеем Шишкаревым и многими другими, пытается осознать, как могли россиянки вытащить этот безумный матч и кому они, о Господи, обязаны этой удивительной победе.

Это была страшная сеча, как выразилась одна сидевшая на трибуне — та, кто понимала, видимо, не только в гандболе, но и в страшной сече.

Я сидел, сразу скажу, между президентом Олимпийского комитета России Александром Жуковым и отцом Андреем, который был отправлен сюда, в Рио-де-Жанейро, Патриаршим благословением, и с нашей сборной он с первого дня Олимпиады. И не пропустил ни одного гандбольного матча женской сборной, кроме первого, на который просто не успел. И сборная, не хочу ничего сказать, ни одного матча до этого дня и не проиграла.

С отцом Андреем я провел несколько часов в начале этого дня. Сначала он собирал паству на утренний молебен и обнаружил среди членов российской сборной человека по фамилии Преображенский. Отец Андрей счел, что это такой очень неслучайный знак: назавтра было Преображение Господне, и такой человек так просто на глаза в такое время не попадается. Потом он убедил, что в молебне должна поучаствовать бухгалтер нашей сборной (но она, я видел, и сама хотела, только казалась застенчива) и еще несколько человек. Отец Андрей подходил к спортсменам и сотрудникам команды с такой ясной, с такой светлой улыбкой, что омрачить ее не было ни желания, ни сил (все-таки конец Олимпиады). И люди шли на молебен через несколько минут уже примерно с такой же улыбкой.

Я видел отцов, окормляющих духовно нашу сборную на других Олимпиадах. Нет, это были совсем другие люди. И улыбка не та (чаще всего и не улыбка вовсе, а написанная на лице потребность служить Господу), и приязнь, которую улыбка эта источала, была не та у них, что у отца Андрея. Это нельзя было назвать обыкновенной приветливостью. Не знаю, проходил ли отец Андрей перед поездкой в Рио какой-нибудь квалификационный турнир, но так или иначе, в Рио прислали, без сомнения, лучшего.

Вот он, собрав свой народ, ведет его за собой к лифту, чтобы подняться на девятый этаж, в часовню, оборудованную в обычном гостиничном номере, и вдруг встречает нашего боксера Анастасию Белякову, которая накануне в страшном полуфинальном бою, выигрывая, ломает руку и проигрывает.

Отец Андрей делает знак пастве, она замирает, а он приникает к уху Беляковой и что-то шепчет с таким жаром, словно сам исповедуется в чем-то самом существенном. У нее рука висит, зафиксированная на груди, ей, по-моему, и сейчас больно, и идет она к докторам, наверное, на перевязку. А вот останавливается и слушает его, слушает...

А ведь на ринге казалась не такой уж воцерковленной.

Отец Андрей делает знак, и мы идем дальше и поднимаемся на девятый этаж. Здесь, в 805-м номере, все обставлено скромно, но со вкусом. Здесь открывается панорамный вид на горы, словно подталкивающие этот город в океан, и я ищу глазами статую Христа, однако не нахожу — ее отсюда не видно, и может, к лучшему: здесь, в 805-м номере, тоже есть Бог.

— Я вас быстро отпущу,— говорит отец Андрей.— Я понимаю, бухгалтер — это серьезно очень... У меня самого ведь бухгалтер...

Молебен продолжается минут сорок, и ты по истечении этого срока понимаешь с некоторым недоумением, что тебе его не хватило. Хотя при этом в комнате нет кондиционера и все это непросто, а сам отец Андрей застегнут наглухо с ног до головы в рясу — и такое впечатление, что с иголочки: я понимаю, что он думает об этом и что рясу, скорее всего, подшивали по его фигуре, как хороший костюм, если и вовсе не шили на заказ.

Когда все уходят, мы остаемся с ним наедине в часовне и переходим в потаенную ее часть, то есть в соседнюю комнату, где две кровати, одна из которых его, а главное — есть кондиционер. Он говорит, что побеседовать лучше здесь, так как в той комнате в такой рясе не насидишься, а я этого разве не видел?

И мы разговариваем еще полтора часа, вернее, отец Андрей говорит, а я только иногда вникаю в этот монолог краткими вопросами, пытаясь задать ему свое направление. Это не так уж просто, потому что, рассказав о том, что считал необходимым для меня (или, может, для него), он переходит к чтению своих стихов, а затем и своей пьесы "Аленький цветочек" и читает ее красочно в лицах.

Но до этого он говорит:

— Имея Патриаршее благословение, я просто иду сюда, в Олимпийскую деревню! Они планируются некоторым порядком, эти дни, потому что есть соревнования, куда меня приглашают и просят прийти сами спортсмены или руководство команды, например сегодня вечером на полуфинальный матч женской команды России против Норвегии, двукратных, между прочим, олимпийских чемпионок... Я сегодня буду на всенощном бдении, под Преображение, в храме Мученицы Зинаиды, где мы служим вместе с отцом Сергием Малашкиным, основателем этого храма, а затем я сажусь в машину и приезжаю в Олимпийский парк и там буду на этом соревновании...

Объяснение исчерпывающее, в нем нет ничего лишнего, отец Андрей формулирует так, что становится элементарно завидно: я никогда не научусь так быстро, красиво и исчерпывающе формулировать. Нет, никогда, ну и ладно.

— А утром,— продолжает он,— будет литургия в этом храме, освящение плодов, затем чайку быстренько попить на территории храма — и на соревнования по синхронному плаванию. Там, не забывайте, финал в группе.

— Завтра,— говорю я ему,— девушки справятся и с Божьей помощью, и, рискну сказать, даже без нее, а вот сегодня вечером на гандболе вы будете очень нужны, потому что шансы у нас считаются очень уж невеликими.

— Да, я был на выступлении синхронисток в паре,— говорит он,— и это, конечно, то, что впечатляет. Понимаете, что надо иметь в виду: это то, что является нашим национальным достоянием, и это важно правильно оценить, потому что за всеми этими людьми есть то, что принадлежит Отечеству.

— Но вместе с тем это ведь живые люди,— замечаю я, и, к моему облегчению, отец Андрей соглашается.

А то я опасался, что со своими замечаниями могу угодить куда-то совсем не туда.

— Конечно! — кивает он не быстро и не медленно, а так, как надо.— И с ними важно вести общение как с Божьими детьми, это то общение, в котором они, уверяю вас, нуждаются. Поэтому каждый делает свое дело. Как священник я совершаю свое служение и призываю Господа в помощь на все наши добрые дела... Вот сегодня девочку утешал, она приходила сюда неоднократно, Настю, фамилию сейчас не скажу, нашу боксершу (да Анастасию Белякову.— А. К.). Она получила серьезнейшую травму...

— Это ведь ее мы только что встретили внизу! — я вспыхиваю как спичка и только сейчас понимаю, что тоже должен с ней встретиться, как журналист, конечно, и еще неизвестно, каким разговором она утешится больше...

— Именно! Она живет здесь же, на этом этаже, возле часовни, она приходила сюда неоднократно вместе с Ярославой (Якушиной.— А. К.) помолиться, мы с ней и накануне соревнований виделись, я ее благословлял... И вот такое у нее непростое сейчас время...

— Чем же можно ее утешить сейчас? — мне это и правда важно знать.

— Настенька, говорил я ей еще раньше, важно сейчас, проявляя усердие, проявляя терпение и идя в составе сборной на это испытание, вместе с тем помнить, что этим соревнованием, как бы оно ни закончилось, а мы ведь знаем, что не всегда спортсмены побеждают, ничего не заканчивается. Будет дальше жизнь. И нужно реализовать то, что связано с главным твоим предназначением в твоей жизни. Подумай о будущей семье, о муже, о детях, потому что если мы одни только внешние достижения преследуем, которые важны, то этого недостаточно...

Я думаю о том, что ее тренера, возможно, не все устроило бы в этих словах и она даже нашла бы что возразить... Но ведь ходит-то Настя, в конце концов, к отцу Андрею, и не потому, что их номера, вернее, ее номер и его часовня на одном этаже и даже просто через номер...

— Понимаете,— увлекшись, продолжает отец Андрей,— когда человек готовился в течение такого времени, когда она в матче с сильнейшей соперницей, трехкратной олимпийской чемпионкой (на самом деле — с действующей чемпионкой мира француженкой Эстель Моссели.— А. К.), была близка к победе — и вдруг эта тяжелая травма оборвала все...

Тут отец Андрей останавливается и говорит, что не сможет мне ничего рассказать из того, о чем ему говорила Настя, потому что есть же тайна исповеди — и даже не просите, а я даже не прошу, не прошу, может, она на следующий день и мне захочет исповедаться...

В это утро отец Андрей объяснил мне важную вещь (хотя в целом объяснил далеко не одну):

— Спортсмены — люди организованные, это уже режим жизни, это уже некий пост... Писал когда-то Иоанн Златоуст, что как спортсмен постепенно тренируется, чтобы выйти на соревнования и показать некий результат, так и христианин тренируется внутренне, ведя духовную работу, чтобы отношения с Богом укрепить...

А я все пытался вернуться к Анастасии Беляковой, которая, чем больше я вспоминал ее там, у лифта, казалась мне все более несчастной.

— И она не казалась, отец Андрей, такой уж воцерковленной,— сказал я ему.

— Ведь каждый человек,— объяснял он мне тогда,— Божье чадо. Да, и она воспринимает все, что я ей говорю, потому что, да, она в пути, идя сюда... Да, она, может, человек мало воцерковленный, но вместе с тем знающий Бога и обращающийся к нему... И слышащий слово пастыря!

Голос его сейчас звучал с новой силой, или, вернее, был громким.

Я спросил его, почудилось мне или он правда сам занимается спортом, и он, как мне показалось, немного удивленный, рассказал, что, да, занимается:

— У себя в воскресной школе в спортивном комплексе в Северном Бутово тренируюсь: футбол и теннис настольный! И еще бадминтон. Раз в неделю — чаще не получается — у меня по средам тренировка в 22 часа до ноля часов...

— А вы болельщик? — спросил я тогда отца Андрея.

Я думал, что он готов к этому вопросу и сейчас расскажет, потому что ведь я же видел, что он болельщик. Он и правда оказался готов, но не так, как я надеялся:

— Мои обязанности связаны с тем, чтобы поддерживать человека. Я священник. Поэтому назвать меня болельщиком было бы неправильно. Это не то слово для пастыря...

А мне казалось, что хорошее слово, чего такого?

— Я думаю о том, каково состояние сборной или людей, работающих в каком-то цеху, состояние доярок, находящихся в том месте, где...

Отец Андрей запнулся, подыскивая правильное слово, и я, конечно, подсказал:

— Коровы...

— Коровы,— благодарно кивнул отец Андрей.— И состояние коров в том месте, где доярки находятся!..

Нет, этот человек был гораздо сильнее меня, это следовало признать. Он всякий раз готов был пойти гораздо дальше меня.

— И сквернословят ли они или молятся... Они в мире друг с другом или они не в мире... Вы знаете, я скажу. Я когда нахожусь на трибуне, никто не сквернословит из тех, кто находится рядом. Если вдруг у кого-то что-то попытается сорваться, ты находишь корректное слово и приводишь пример...

Я представил себе этот длительный увлекательный процесс...

— Один маститый протоиерей — Валентин Бирюков... Он воевал и оставил такое воспоминание о Великой Отечественной: "Пуля находила в первую очередь матерщинников. И убивала". Потому что когда человек сквернословит, он призывает другую силу... И когда сейчас мы все переживаем за наших ребят и девчонок, очень аккуратно, вежливо говорю: "Дорогие, если мы будем с вами эти слова произносить... Если мы будем оскорблять достоинство членов другой команды или судейства или просто находимся в состоянии немирном, тогда эта волна обрушится в конце концов на нас самих!.. И мы с вами не сможем преодолеть этот рубеж, проиграв сначала внутренне, а потом и внешне..."

Я горько пожалел теперь сразу о многом.

Напоследок я спросил отца Андрея в это утро, удалось ли ему побывать на церемонии открытия Олимпиады и понравилась ли она ему.

— Двоякое впечатление... — вздохнул отец Андрей.— С одной стороны, есть то, что не может не впечатлять своим творческим наполнением... Есть история страны, есть то, что представлено достойно. Но вместе с тем... Есть элементы жизни этого народа, которые как пастырь церкви и преподаватель в семинарии не могу не оценить соответствующим образом... Элементы, имеющие отношение к карнавалу... Это язычество. Причем это еще не самая ведь крайняя форма его, этого буйства... Я наслышан, что тут происходит, когда совершается настоящий карнавал... И для христианина участие в таком недопустимо! Я опустил глаза и молился в момент, когда совершалось вот то самое на церемонии открытия...

Я подумал, что на церемонию закрытия отцу Андрею тогда лучше вообще не ходить, потому что мне уже примерно рассказали, но постеснялся сказать ему об этом.

— Есть эстетика, красота, а есть буйство плоти, которое противоречит христианскому укладу жизни человека... — с сожалением закончил отец Андрей.— Это же страсти! Это безнравственно и нецеломудренно!

Между тем страсти, которые бушевали вечером этого дня на женском гандбольном полуфинале, были, на мой взгляд, эстетичны и до безумия красивы.

— Норвегия — это страна, которая живет за Полярным кругом!!! — надрывался президент Федерации гандбола России Сергей Шишкарев.

Этот душераздирающий крик слышен был, мне казалось, всему залу.

При этом, надо сказать, он контролировал себя и не противоречил основным мировоззренческим установкам отца Андрея, который сидел по правую руку от него. Видимо, тренировки во время матчей со сборными Анголы и Мексики не прошли даром. Уважение к сопернику было глубоко завуалированным, но ведь нельзя же сказать, что его и не было.

Я хотел о чем-то спросить отца Андрея, но он прервал мой еще не заданный вопрос:

— Я должен молиться.

Тут наши отбили очень сложный мяч.

— О! Вот это да! — констатировал отец Андрей.

Это было уже кое-что — я имею в виду его комментарий. А то он стал казаться скуп на них — при его-то желании обсуждать жизнь.

— Анна Сергеевна Сень!!! — ревел Сергей Шишкарев.— Владлена Бобровникова!!! Бобер!!!

Екатерина Жукова страшно переживала, глядя на великого тренера Евгения Трефилова, который что-то, так сказать, объяснял нашим девушкам:

— Представляете, что он сейчас им говорит...

— А представляете, что он сейчас думает... — произнес кто-то.

— Я думаю,— вздохнула она,— что думает, то и говорит...

— Сейчас-то да... — соглашались с ней.

Сейчас и в самом деле все было так нараспашку, как не бывает никогда и, может, не будет даже в финале. Норвежки ведь считались непобедимыми.

— И зал вроде на их стороне... — сказал я, прислушавшись, к Александру Жукову.

— Почему на их? А мы что, не зал?!!

Действительно, один Шишкарев безо всякого преувеличения стоил всего этого зала:

— Бобер! Молодец! Вот что значит муж-итальянец!!!

Я искоса посмотрел на отца Андрея. Он только еле заметно шевелил губами. Каждый тут занимался своим делом.

Наш вратарь отбила очередной неберущийся удар.

— Умничка, какая умничка!.. — прошептал отец Андрей.

Нет, это ведь говорил не болельщик. Какой же это болельщик... Это же пастырь...

— Майя Петрова — мать двоих детей! — орал давно, много игр назад, охрипший Шишкарев.— Достояние наше!!!

— Отлично... — шептал отец Андрей.

Да, наши выигрывали. Один, два мяча. Норвежки, которым прогнозировали легкую победу, да что там — прогулку по сборной России, теперь не могли дотянуться хотя бы до ничьей с нами.

— Время, вперед!!! — кричал Александр Жуков.

Заканчивался первый тайм.

— Отлично!.. — отец Андрей повторял это уже громко и пять раз подряд.

— Да они уже не знают, что им делать!!! — кричал Шишкарев, разумеется, про норвежцев.

Тут они, конечно, забили.

— Маечка, давай, дети в Ростове ждут!! — надрывался Шишкарев.

На него то и дело с веселым недоумением оборачивалась с нижних рядов Елена Исинбаева, которую в этот день, как известно, избрали членом комиссии спортсменов Международного олимпийского комитета. За нее так, видимо, не болели. Или она не слышала.

— Бобер!.. Бобер!!! Смотрите, какой у нас Бобер!!! — Шишкарев не испытывал самоуспокоения ни на мгновение, а больше его никто успокоить не мог.

Тут наступил перерыв.

— Надо же, Бобровникова и Дмитриева пошли вперед... А до сих пор не отличались ничем особенным,— как ни в чем не бывало выдохнул Шишкарев.

Отец Андрей сидел словно в каком-то оцепенении. Но я-то понимал, что он просто молится внутри себя.

— Достали билеты на закрытие Сергию и Дионисию,— сообщили ему.

Отец Андрей мгновенно вышел из оцепенения, чело его озарила та самая светлая улыбка, с какой он подходил к пастве в Олимпийской деревне.

— Какое вам спасибо!.. — расчувствовался он.

Отец Сергий, как уже известно, служит в церкви Мученицы Зинаиды, которую и основал в Рио, а отец Дионисий приехал из Сан-Паулу.

Я, не отвлекая отца Андрея ни разу во время игры (пусть бы он делал свое великое дело, в какой-то момент эта капля могла переполнить какую-нибудь неупиваемую чашу...), теперь решился спросить, что он чувствует.

— У каждого,— невозмутимо стал объяснять отец Андрей (через него в этот момент, перегнувшись друг к другу, пытались разговаривать Шамиль Тарпищев и Леонид Тягачев, но плохо слышали друг друга из-за музыки, крика аниматоров и гула отказавшихся расходиться на перерыв трибун),— свое место в жизни, и ты должен находиться в некоем напряжении, но на своем месте...

Я понял, что это он сейчас про себя — про себя, который провел тут, в зале, последние полчаса.

— Каждый несет свою нагрузку, и каждый имеет свое отношение к этому общему делу,— продолжал он.— Мы рассуждаем о том, что есть организм... В этом организме есть различные части, Богом положенные для тела человека, для души человека... И это все единое целое...

Я, кажется, понимал, к чему он клонит.

— Палец не скажет: "Я один!" Нога не скажет: "Я одна!"

Он не путал роды и падежи в этом аду и был очень сосредоточен. Действительно, он тут работал.

— И все мы сейчас единое целое! И каждый должен делать свое дело... Я молюсь...

Да я уж видел.

— Это тоже предстояние твое в этом пространстве... — объяснял отец Андрей.— И это тоже служение... Я здесь нахожусь с благословения патриарха (а вот сейчас это звучало как оправдание.— А. К.)... Раз он так решил и благословил — это твоя миссия... Для меня это воля Божья — быть здесь...

Да я и так ему верил. Да что там — просто верил.

Тут к нему снизу подошла Елена Исинбаева, и он ее благословил (мне показалось — немного сгоряча), положив ей руку на голову.

И о чем-то он, низко склонившись, еще минуты полторы ей страстно говорил.

— О чем? — спросил я.

— Очень серьезный разговор... Я ей все сказал... Она все скажет... Все скажет...

— Конечно, у нее же завтра пресс-конференция... — произнес я.

Отец Андрей посмотрел на меня снисходительно.

Начался второй тайм.

— Товарищ судья!!! — вступил Сергей Шишкарев.— Девочки, спокойно!!!

А сам-то с ума как сходил.

Тут произошло страшное.

— Судья — коз...! — прокричал Шишкарев и сразу, впрочем, успев не договорить, как будто потерял все силы, по-моему, от испуга.

— Серге-е-е-й Николаевич... — апокалиптически расстроился отец Андрей.

— Все, все, понял... — взмолился Шишкарев.

Молитва была услышана, отец Андрей коротко кивнул. Шишкарев был прощен.

Хотя, конечно, оправданий его поступку не было. А ведь, казалось, так хорошо все шло...

Вскочивший было Шишкарев уже давно сел, а отец Андрей все, я слышал, выговаривал ему:

— Да, поддержать, но в меру... В меру...

Через минуту Шишкарев был уже на ногах:

— Дашуля! Молодец!!! Муж тебе привет передает!!!

И он объяснял уже мне:

— Десять дней назад замуж вышла!

И снова его слышал зал или, по крайней мере, Елена Исинбаева:

— Кошечки наши!!! Девчонки!!!

При счете 27:26 в нашу пользу отец Андрей снова стал молиться вслух. Тихо, конечно, но я услышал.

И наши забили еще один. И тут пенальти. И Вяхирева забила.

— А второй полуфинал кто выиграл? — вдруг озабоченно спросил отец Андрей.— Голландия или Франция?

— Франция,— рассказал ему Александр Жуков.

Отец Андрей удовлетворенно кивнул. То есть он мысленно был уже в финале. Он поверил.

А счет был опять равный. И до конца оставалось меньше минуты. Все стояли, и только Жуков сидел и глядел в пол: не мог смотреть на это. И наши забили.

А через несколько секунд, за шесть секунд до конца матча, норвежки сравняли.

И еще десять минут дополнительного времени, два раза по пять. И опять ничья в конце.

И тут норвежки нарушили. Я смотрю — и не верю я глазам. Пенальти!

— Пенальти! — кричу я Шишкареву.

— Ну и что,— безучастно говорит он и не смотрит на ворота.

И перемена с ним поражает меня. И его лицо пугает меня. Он стоит с прозрачным лицом, с совершенно отсутствующим, неприкаянным видом.

— Ну и что... — опять говорит он, уже себе.

И наши бьют пенальти. Вслух, уже громко молится отец Андрей (делай, делай свою работу, отец!), сидит и глядит в пол Жуков... И Екатерина Ильина забивает третий подряд пенальти.

А норвежки-то промахиваются. И это победа.

И тут уж происходит то, чего я не ожидал что-то. Отец Андрей распахивает свои объятия и тискает меня в них. И тискает, и тискает...

— Ну вот... Ну вот... — приговаривает он только...

Он как будто успокаивает меня.

Но успокаивать надо было не меня. Слева от него навзрыд плакал Сергей Шишкарев. Он размазывал слезы по лицу и повторял:

— Номер-то, номер-то какой?..

Только тут я обратил внимание, что он держит в руках телефон.

— Про Катю Ильину надо написать... — говорил он мне.— Можно, а?.. Столько пенальти... Это она... Можно про Катю, а?... Спасибо... Спасибо...

— Батюшка,— я с "отца" незаметно для себя перешел на "батюшку" — как будто с "вы" на "ты"... — Вы понимаете, что это же и вы победили! Это же и вы бились!

— Потому что мы — команда... — уже не очень громко сказал он.

— Да где номер... — повторял, плача, Сергей Шишкарев.— Номер где... твою мать!!! О-о-о-й-й-й, мама...

Он теперь с тем же адским трепетом смотрел на отца Андрея.

Да, он непоправимо провинился. Вселенская радость победы, до краев заполнившая его душу, сердце и разум, и замутила их...

— Прости, батюшка!..

Отец Андрей вздохнул, взял его голову и положил к себе на грудь.

Так они теперь и стояли.

Андрей Колесников, Рио-де-Жанейро

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с kommersant.ru

1

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • www.kommersant.ru
          • россия
          • норвегия
          • олимпиада 2016
          • гандбол
          • домен kommersant.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции