html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Любовь Мульменко: “Вы должны знать о своих героях в десять раз больше, чем узнает о них из фильма зритель”

Любовь Мульменко: “Вы должны знать о своих героях в десять раз больше, чем узнает о них из фильма зритель”

Международный фестиваль «Край света» в Южно-Сахалинске, о котором мы в ближайшие дни еще расскажем, открылся на прошлой неделе фильмом Оксаны Бычковой. «Еще один год» —нежное, простое кино какого-то очень точного человеческого масштаба. История одних отношений, немножко растерянный разговор о любви на кухне. Последнее сравнение возникает после просмотра довольно естественно, и когда сценарист Люба Мульменко рассказывает собравшимся послушать ее зрителям, что авторы фильм именно так и писали — делясь на кухне байками из собственной личной жизни, — становится как-то совсем уютно.

Кроме «Еще одного года» и «Комбината “Надежда”», поставленного ее соавтором Наталией Мещаниновой, Мульменко также написала сценарий к фильму Нигины Сайфуллаевой «Как меня зовут». Все три картины выйдут в прокат в ближайшие месяцы, и все три стоит увидеть, чтобы посмотреть в глаза сегодняшнему российскому кино. На встрече со зрителями Мульменко рассказала, как они снимались, из чего выросли и почему важно наблюдать именно за теми, кто на тебя не похож.


о фильме «Комбинат «Надежда»


Герои и город

Все первым делом спрашивают о том, как разговаривают герои фильма, — а это нормальная, грамотная речь с собственным синтаксисом. Если изъять оттуда мат, содержание автоматически изымется тоже. Так что мы будем ждать оттепели — когда кино, например, можно будет прокатывать в интернете, если его не отключат. Никакой лайт-версии не будет.

«Комбинат “Надежда”» — это фильм про инфернальный город Норильск и его печальную молодежь, которая при этом страшно веселится. Главная героиня, которой в кадре исполняется 18 лет, одержима желанием уехать из ненавидимого города, хотя живет в общем-то хорошо. Ее отец занимает руководящую должность на одном из заводов «Норникеля», мама работает актрисой драматического театра, брат заказывает через интернет оборудовние, чтобы показывать фокусы, и на корпоративах являет миру чудеса — извлекает из шляпы бумажных птичек, которые возгораются в воздухе. Такая у них творческо-техническая семья. То есть, девочка одета, обута и обладает карманными деньгами — правда, не в той степени, чтобы купить билет и переехать жить на материк. Кроме того, у нее есть бывший парень, про которого она еще не понимает, что он бывший,  ей кажется, что он актуальный. Парень находится на противоположном конце страны, она с ним все время созванивается по скайпу и хочет к нему поехать, но по разным причинам не может. В конце девочка совершает невольное преступление — и, с одной стороны, это ей развязывает руки (ей больше нечего терять), а с другой, навсегда связывает ее со страшным знанием о себе.

Работа над сценарием

Режиссер Наталья Мещанинова обратилась ко мне с уже достаточно разработанной идеей: она знала, кто главная героиня, кто антагонист, представляла себе компанию, в которой героиня проводит время. Было даже что-то вроде хаотичного синопсиса, написанного вместе с другим сценаристом, который не смог продолжить, и поэтому Наташа нашла меня, чтобы я все это написала. Герои жили в Норильске, и мы понимали, что нам придется работать вслепую. Но, к счастью для авторов, существует интернет — и устроен интернет, к счастью, не как СМИ, где разными людьми с каких-то площадок транслируются их знания, а есть группа «вконтакте» «Норильск и норильчане», есть бесконечные фотографии Норильска, есть небольшое, но сильное движение локальной норильской песни: норильчане очень любят писать песни о Норильске, притом, в разных жанрах. Есть рэп о Норильске, есть пионерские песни о Норильске, есть романсы о Норильске, — они все это сочиняют, записывают, и даже снимают клипы, в которых гуляют по городу на фоне черного снега.

Послушав все это и погрузившись в описание города самими норильчанами, мы поняли, что, с одной стороны, они ненавидят это место, а с другой — никому другому не позволят артикулировать эту ненависть. То есть, они могут ругать Норильск, но ругать его могут только они. А когда они все-таки приезжают из Норильска в другое место, то очень любят романтически вспоминать малую родину. В общем, мы насытили сценарий деталями норильской жизни, которые смогли отыскать и которые показались нам забавными, а потом поехали в город, чтобы посмотреть, какой он на самом деле.

Еще мы сделали допущение, что в Норильске много таких 18-летних пацанов, которых часто называют гопниками, — мы с Наташей считали себя большими специалистами в области гопников: мы разбирались в гопнических нюансах, понимали, что гопники друг другу не равны, и что у нас есть целая коллекция гопнических индивидуальностей, из которых мы соберем компанию, где будет вариться наша героиня Света, существующая в двух регистрах — как, в общем-то, и многие гопники. То есть, дома она разговаривает как дочка инженера, а во дворе — как те пацаны, с которыми вместе выросла.

Личный опыт

Разные можно претензии к фильму предъявлять, но всех очень радует манера речевого существовния ребят. Тут я, конечно, эксплуатрировала свой персональный опыт. Я родилась в Перми — там было много классных, опасных, потаенных районов, и, хотя я была девочкой из центра, я всегда стремилась уехать куда-нибудь подальше и дружить с теми, кто живет в микрорайоне «Кислотные дачи», например, или «Второй участок». В общем, какие-то сцены из моей жизни целиком вошли в кино — например, та, в которой парни курят с главной героиней в машине траву и начинают в накуренном состоянии фантазировать, что было бы, если бы траву легализовали. Мои приятели в реальности очень много об этом говорили, — в первую очередь о том, что люди стали бы более семейными. Папа и ребенок шли бы в супермаркет вечером, покупали травы, возвращались домой, курили бы ее, дальше бы всех пробивало на похавать, — а тут мама с плюшками. И все были бы счастливы. «А что делает водка в этой самой семье?» — спрашивали они, — «Папа бьет маму, ребенок не высыпается, идет в школу грустный. Похмелье, в конце концов». Этот шуточный манифест за легализацию вошел в фильм, хотя он явно не двигает сюжет, — мог быть этот диалог, а мог и другой. Потому что не все в фильмах, даже приближенных к реальности, должно двигать сюжет, — есть вещи, которые, как и в жизни, ничего не двигают, но мы их помним, и они создают среду.

Например, героиня недавно работает в медпункте на заводе кем-то вроде стажера. Туда ее устроил папа: верховная старшая врачиха, которая ее курирует, — папина приятельница. В общем, блатное устройство девочки на работу. Она, конечно, ходит туда без особой радости, потому что вообще не видит будущего в этом городе, — а тем более, в медпункте, — но как-то пока терпит. Чтобы написать сцены в этом медпункте, я напросилась в настоящий медпункт на настоящий завод, тоже в Перми, и производство было очень похожим на норильские литейные цеха. Я пришла в этот медпункт, просидела там несколько часов, и при мне приходил пациент с больным животом. Разговор врачихи и пациента я с большим удовольствием вставила в сценарий практически в неизмененном виде, и это одно из моих любимых мест в фильме. Опять же, этот эпизод никак не двигает сюжет: пришел парень, он стесняется молодой практикантки, а врачиха интересуется деталями жизни его кишечника…

С другой стороны, если делать кино из одних не двигающих сюжет классовых реалистичных зарисовок, то, наверное, получится страшный сон противников артхауса. Потому что главная их претензия к русскому артхаусу в том, что там ничего не происходит, а все просто очень медленно и органично существуют, — но зачем же они так долго это делают? То есть, когда сюжет не двигается вовсе, создается ощущение, что вас не щадят, не жалеют, а еще — что режиссер просто упивается собой и своей возможностью плавать в среде. Ему кажется, что среда — это уже кино. Мне так не кажется, и я рада, что и в «Комбинате», и в «Еще одном годе», и в «Как меня зовут», среди прочего, происходит какая-то движуха. Еще очень важно, чтобы фильм был смешным, потому что если в фильме нет ничего смешного, то это какая-то трагическая ситуция. Кроме того, это не очень умный фильм, потому что я не видела ни одного умного человека, который не умел бы шутить, — и наоборот.


о фильме «Еще один год»

Герои

Мне кажется, что первый разговор режиссера и сценариста выглядит так, как будто вы пытаетесь вспомнить общего знакомого, которого настолько давно не видели, что все уже про него забыли. Вы начинаете по крупицам восстанавливать, кто же это был, — как если бы этот герой уже существовал, просто до него надо докопаться. Вы начинаете думать о нем — как его зовут? Нет, так его звать не могли, и так не могли, а вот так могли. Потом вы вспоминаете, в каком дворе он рос, как он выглядит, когда сердится, какие шутки шутит смешные, а какие — нет. Почему он поступил в этот университет, — и вообще, учился ли в университете. То есть, происходит накапливание деталей, которые помогают выстроить фильм. Какие-то анналы, связанные с обучением в университете, за весь фильм могут ни разу не раскрыться, — но вы, авторы, должны это знать, потому что из этого будут вытекать дальнейшие вариации. И вообще, вы должны знать раз в десять больше о своих людях, чем зрители в итоге узнают из кино.

Работа над сценарием

В случае с документальным театром люди часто погружаются в совершенно неизвестную им среду, — например, если хотят сделать спектакль про гастарбайтеров, то отправляются прямо к гастарбайтерам и открывают для себя дивный новый гастарбайтерский мир. А если не отправляются, то не смогут достаточно убедительно сымитировать этот язык и это поведение.

В случае с «Еще одним годом» нам никуда ходить не пришлось, потому что это такая документальная интроспекция. Мы решили, что нам хватит собственного личного опыта, поскольку это история про двух людей, и она вполне могла бы быть про кого-то из нас, — про меня, моего соавтора Наташу Мещанинову или режиссера Оксану Бычкову. У нас было три недели на то, чтобы написать сценарий. Это мало. «Комбинат» мы писали несколько месяцев, «Как меня зовут» тоже писался месяца два, а тут было три недели и спешка, чтобы застать как минимум кусок весны, который мы должны были выдать за зиму, — в общем, не могли себе позволить медлить.

Так что мы просто сидели втроем на кухне у Оксаны. Со стороны это было похоже на какие-то девичьи посиделки с воспоминаниями о былой любви, но эти посиделки не были праздными, потому что я все время стенографировала. Мы по очереди рассказывали какие-то смешные и печальные моменты, связанные с опытом расставаний с мужчинами и совместной жизни с ними, потому что нет никакого смысла придумывать пару, которой никогда не существовало на свете. Мне вообще сложно думать о ребятах как о героях, они должны быть… ну вот, например, элементарно: как они друг друга называют? Обычно, все прозвища, которые существуют внутри пары, все слова, все локальные шутки, — они неповторимы. Конечно, есть какие-то универсальные «зайчики» и «котики», но их нельзя безнаказанно использовать, а можно только в том случае, если вы хотите продемонстрировать полное отсутствие фантазии у героев. Обычно все сложнее. Интимные прозвища вырастают из имен, фамилий, многие вообще только по фамилиям друг друга назывывают. И когда мы понимаем, какие прозвища используют люди, мы видим, какой у них тип отношений. Нам хотелось, чтобы у наших героев была немножко дружеская, отчасти пацанская коммуникация, чтобы они могли друг друга смешно подкалывать, чтобы было понятно, что они друг другу друзья, но при этом там была бы колоссальная нежность. Он ее называет «Жека», потому что героиню зовут Женя, а она его — «Комарик», потому что фамилия у него Комаров. В одной из первых версий фамилия была Козлов, и его, соответственно, называют «Козлик». Но потом мы решили, что «козлик» — это как-то слишком зверски, и сошлись в итоге на «комарике».

Личный опыт

Все сцены в фильме, где герои вдвоем, в общем-то документальные. Взять, например, когда герои идут разводиться — мы стали изучать, как сейчас разводятся, самая формальная процедура нас интересовала. В том ли месте это происходит, где люди подают заявления в ЗАГС для того, чтобы жениться? В итоге у нас герой приходит туда с опозданием, потому что у него какие-то домашние дела были. Мы, можно сказать, вставляли в фильм клипы с ситуациями, в которых неоднократно бывали сами.

о фильме «Как меня зовут»



Третий фильм — «Как меня зовут» — требовал включения подростковой памяти. Нигина Сайфуллаева, режиссер, сказала, что хочет сделать историю про двух семнадцатилетних москвичек, которые приехали в маленький крымский городок, чтобы познакомиться с отцом одной из них, а она этого отца никогда не видела. К счастью, я хорошо себя помню в 17, да и Нигина тоже, — она вообще очень очарована этой позднеподростковой женственностью. Но если я скорее могу легко представить, как я разговаривала, и как разговаривали вокруг меня, то у нее память телесная: она очень хорошо помнит ужимки маленьких девочек и то, как они друг с другом смешно сосуществуют. Само понятие дружбы в этом возрасте очень болезненно — неясно, то ли они дружат, то ли друг друга ненавидят. Это такая дружба на высоком градусе, которая может в любой момент прерваться, а потом моментально восстановиться. Взрослые люди спокойнее дружат, спокойнее прощаются, а тут прям все серьезно.

Я все-таки понимала, что с момента моего семнадцатилетия прошло десять лет, и надо бы мне проверить, — а точно ли подростки такие, как я помню. У меня есть, к счастью, в резерве друзья-школьники, у которых я иногда преподаю занятия — учу их писать пьесы. Эти школьники потом оседают у меня в твиттере, на фейсбуке, я читаю их в своей ленте, и это самое прекрасное, что в моей ленте есть, — когда они сидят на геометрии и жалеют себя. Я специально отправила сценарий на читку своим школьникам, написала: «помогите мне, выделите все те места, которые вам кажутся неправдой». Потом мы с ними все это обсуждали, — они как раз могли бы быть героинями. То есть, я обкатала на школьниках школьный сценарий.

о людях и работе

Вообще, из-за того, что я с документальным театром очень много поездила по стране и много с кем разговаривала, у меня появилась такая папка на компьютере, в которой я коллекционирую маленькие, непонятно зачем нужные истории и монологи людей, расшифрованные. Это моя база данных — например, у меня есть файл, в котором записан браконьер Вася. Это я познакомилась в своей сахалинской командировке с молодым парнем, у которого была классная история, как он женился, будучи главным бандитом в поселке, на дочери главного полицейского. Какая-то, мне кажется, немножко американская история. Зачем она пригодится — не знаю, но вот сейчас думаю, что пора бы расчехлить Васю и что-то про него написать. Или вдруг нужен еще какой-то голос — например, голос водителя-дальнобойщика. У меня водитель-дальнобойщик такой классный дядька из 90-х, и его голос до сих пор звучит у меня в голове настолько четко, что, наверное, даже необязательно было его в файл загружать, — можно просто сочинять от имени дальнобойщика Игоря Геннадьевича, если пригодится.

Конечно, просто пообщаться с большим количеством людей, говорящих по-разному, недостаточно, — интервью же вам даст релевантный материал. Но для того, чтобы правда овладеть чужими словами лучше всего, вам нужно с этим человеком какое-то короткое время пожить. То есть, побыть. Напроситься к нему в гости, напроситься с ним на какое-то общее приключение. Все это вам нужно в том случае, если вы не относитесь к нему как к донору, а если его реальность кажется вам заразительной. По крайней мере, я всегда, с самого раннего детства, старалась максимально расширять круг доступных мне компаний, потому что очень боялась, что вдруг вырасту у себя дома, на своей единственной улице, со своими единственными родителями, и буду только такой, какой они мне предложили быть. Поэтому я радостно набрасываюсь на всех, кто на меня не похож. Чем больше человек не похож на меня, тем больше оснований для любви, дружбы, и так далее. В общем, сейчас у меня какая-то разветвленнейшая сеть, которая все еще кажется мне достаточно большой, — я продолжаю разговаривать со всеми подряд даже за границей. Например, когда я приехала в Египет, единственный раз в своей жизни, я немедленно познакомилась с чернокожим уборщиком пляжа, который оказался участником египетской революции, водил меня по всяким злачным местам, рассказывал про революцию. И вообще, оказалось, что в Египте весь цвет нации работает в сфере обслуживания, а чем человек состоятельнее и образованнее, тем больше он свинья. Все умнейшие, прекрасно владеющие английским люди там подметали пляжи, жарили шашлык. От Египта у меня осталось ощущение пляжной страны, — немножко опасной и заслуживающей возвращения.

Текст Наиля Гольман
Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с interviewrussia.ru

9

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • interviewrussia
          • интервью
          • домен interviewrussia.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции