html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Моника Беллуччи: «Впервые в жизни я одна, без мужчины рядом»

Моника Беллуччи

Вы же сами знаете, как нам, красавицам, нелегко, — вздыхает Моника и аккуратно макает тартинку с маслом и джемом в кофе. Я невольно улыбаюсь, по­тому что вспоминаю реплику из «Ивана Васильевича...»: «Вы думаете, нам, царям, легко?» К тому же мне приятно, что Моника щедро причислила меня к отряду красавиц. 

Конечно, нам, красавицам, как и царям, нелегко. Нам надо молоко давать — за вредность. Собственно, парижский официант как раз и принес Монике огромную чашку кофе с молоком. — Дело даже не в том, что люди не верят, что красавица может быть умной. Красота вызывает у окружающих немедленный ин­терес. Но этот интерес длится пять минут, а потом его надо удерживать, доказывать, на что ты способна. Впрочем, в сорок ­девять лет куда легче доказать, что ты что-то собой представляешь, чем в двадцать. 

В свои сорок девять Моника не менее красива, чем в свои три­дцать (юной девушкой на экране мы ее, собственно, и не видели — она стала звездой, будучи зрелой женщиной). В парижское кафе Bliss, где назначена наша встреча, она вплывает, демонстрируя фирменное сочетание горделивой царственности и живой непосредственности. Протягивает тонкую руку, закидывает меня вопросами, причем ее любопытство кажется совершенно искрен­ним: «Вы давно в Париже живете? В каком районе? А дочке сколь­ко лет? Она к здешней школе быстро привыкла? Девочки так быстро взрослеют, да?» 

В жизни Беллуччи меньше и тоньше, чем на экране. Талия туго перетянута поясом черного кожаного пальто, надетого на хлопковую белую рубашку. Эту комиссарскую брутальную кожанку, которая забавно контрастирует с ее легендарной женственностью, она так и не снимет до конца нашего позднего завтрака.  

— Я даже не знаю, почему экран меня так увеличивает. И не только мое тело, но и мое лицо. У меня на самом деле такое маленькое лицо, такое маленькое... — говоря это, она подносит руки к лицу, и мне кажется, что она сейчас заплачет. Немедленно хочется утешить ее, погладить по голове, сказать: «Ничего оно у тебя не маленькое! Нормальное лицо, даже очень красивое». 

Впрочем, это тоже особый талант Моники — умение наполнять самые незначительные слова и движения густым и вязким драматизмом — и на экране, и в жизни. Ее проходы по набережной в «Малене» вошли в историю кино. Малена не просто шла. Она несла себя, свою ослепляющую и оглушающую женственность. Несла не как дар, а как тяжелую ношу. Эта темная красота, эта первобытная сексуальность, это всесильное женское начало волокли ни в чем не повинную Малену к финальной трагедии. А что вы думали? Что нам, красавицам, легко? И разве не красавица Моника стала героиней, быть может, самой жестокой сцены в мировом кино — девятиминутного изнасилования в «Необратимости»? 

Разглядывая Монику вблизи, я, кажется, понимаю, природу ее женского и актерского дара. Она двигается и говорит, как будто в замедленной съемке (ведь и часть ее проходов в «Малене» Торнаторе снял в рапиде). Режиссеры отлично знают, что рапид помогает остановить внимание, что-то укрупнить. Моника тоже это знает. В рапиде двигаются ее полные губы, в рапиде поворачиваются темно-карие, почти черные глаза, в рапиде опускаются тяжелые веки с густыми ресницами, в рапиде плывут изящные руки с овальными ногтями, похожими на виноградинки («дамские пальчики», есть ведь такой сорт?). 

Кстати, если спросить Монику, какой частью своего роскошного тела она гордится больше всего, она скромно ответит: «Руками». Раньше эти руки были украшены обручальным кольцом. Теперь тонкие длинные пальцы ­совершенно свободны. 

Говорит Беллуччи тоже чуть протяжно, как будто поет, часто смеется грудным смехом. В ней нет никакой суеты, ее трудно представить куда-то бегущей, роняющей сумки, болтающей одновременно по двум телефонам (телефон она так и не достает — и ни разу не отвлекается от беседы). Во время разговора она несколько раз борется со слезами. Трудно понять — всегда ли она так эмоцио­нальна или же мы встретились в очень сентиментальный и сложный момент ее жизни. 

Три месяца назад Моника и Венсан Кассель объявили о раз­воде. Новость стала шоком, хотя, казалось бы, все знали, что у них свободный брак и что вместе они проводят не так уж и много времени. Но именно этот красивый, вольный и легкий союз, в котором супруги по-цыгански переезжали из города в город, влюбленно смотрели друг на друга на красных дорожках и вместе воспитывали двух дочек, казался особенно прочным. 

Почему-то со стороны представлялось, что страсть и любопытство не покинули восемна­дцатилетний брак Моники и Касселя. Но, похоже, чудес не бывает. Сколько живет любовь? Три года? Десять лет? ­Восемнадцать? 

— Любовь не исчезает. Она продолжает жить, просто принимает другую форму. Нельзя забывать, что когда-то вы с этим человеком выбрали друг друга, вам было с ним хорошо. Надо уважать то время, которое вы отдали друг другу. Любовь выше развода, — тут глаза Моники снова наполняются слезами. А потом она вдруг смот­рит на меня и начинает смеяться: — К тому же мы много примеров знаем, когда люди разводятся, а потом снова друг на друге женятся, в жизни чего только не бывает! 

— Одна русская актриса сказала: «Мужья бывшими не бывают».  

— Это так, если у вас с мужем есть дети. Глубинная связь с мужчиной возможна, только если у вас общие дети. Это ведь не ­случайность, что вы их родили именно от этого человека. Вы его выбрали, это не просто совпадение, это судьба. Дети ни в чем не виноваты, они не просили, чтобы их рожали. В момент разрыва надо понимать, что дети важнее, чем мы и наши желания. Они должны знать, что внешние обстоятельства могут меняться, но ваша любовь к ним — с обеих сторон — неизменна. Очень важно не устраивать драмы из развода. Моника Беллуччи c Венсаном Касселем на ­премьере в парижском кинотеатре «Гран-Рекс», 2011

Я знаю, что Моника и Кассель сохранили дружеские отношения, не позволили себе ни одного публичного плохого слова друг о друге, что не так давно их видели вместе с детьми в тосканском ресторане. Но почему-то все равно кажется, что в воздухе витает драма. Она мерещится мне и в слезах, которые то и дело настигают Монику, и в том, как она непрестанно убирает с лица волосы, и в том, как иногда ныряет глубоко в себя, как будто замирая на секунду. И даже в том, как она сама заговаривает про развод, хотя накануне ее агенты предупредили меня, что про Касселя спрашивать категорически нельзя. Я и не спрашивала. Но она — не тот человек, который привык прятать свои чувства. 

— Главное — не начинать друг друга обвинять. Никто не виноват в том, что брак распался. Мы с мужем двигались вперед — каждый в своем направлении, каждый все больше интересовался чем-то своим. Постепенно стало понятно, что наши пути разошлись, что мы смотрим в разные стороны. Я всегда повторяю, что для танго нужны двое. Мы вдвоем родили нашу любовь, мы вдвоем много лет вдыхали в нее жизнь, мы вдвоем приняли решение ее закончить. 

— Марлен Дитрих повторяла как мантру: «Не злиться!» 

— Правильно! «Не злиться!» К тому же Винсент (Моника назы­вает Касселя не Венсаном, как французы, а Винсентом — на анг­лийский манер) подарил мне двух самых красивых детей на свете. И уже за это я всегда буду любить его и буду ему благодарна. Моника Беллуччи c дочерью Девой на пляже в Сабаудии, 2010

О своих девочках — девятилетней Деве и трехлетней Леони — Моника может говорить бесконечно. Красавицы ли они? Господи, ну кого вы спраши­ваете? Конечно, для нее они самые красивые девочки на свете. На кого похожи? Дева — настоящий коктейль из Моники и Касселя, у Лео­ни — ­более южная красота. Моника — строгая мать? Довольно строгая, да. У детей должны быть четкие правила в жизни, иначе им трудно ориентироваться. Но в рамках этих правил детям надо давать свободу. 

Шоколадку перед обедом Моника, им, конечно, не разрешит, но и голос повышать не будет, терпеть не может, когда на детей кричат. На каких языках ее девочки говорят? Представьте себе, на четырех — на итальянском, французском, английском и португальском (последнее время Моника с Касселем много времени проводили в Бразилии и не раз признавались в любви к этой стране). Приходилось ли из-за них отказываться от работы? Никогда, потому что она прекрасно умеет организовывать жизнь и все планировать. Не жалеет ли она, что родила так поздно (Деву — в тридцать девять, Леони — в сорок пять)? Ни в коем случае, раньше она была совсем не готова, хотела сначала увидеть мир и понять себя («Когда я в молодости смот­рела на друзей с детьми, я думала: «Боже, дети — это тюрьма!»).Моника Беллуччи c дочерью Леони в Рио-де-Жанейро, 2013

Берет ли она детей на съемки? Почти всегда — и возит за собой учителя. Максимальное время, которое она может без дочек прожить, — две недели, потом начинается ломка. Вот сейчас возьмет их с собой в Сербию, куда летит на съемки к Эмиру Кустурице. 

Про него Моника рассказывает, восторженно закатывая глаза. 

— Он так невероятно, так разнообразно талантлив! И писатель, и режиссер, и музыкант, и актер, и бизнесмен, кстати, тоже неплохой. В нем столько креативной энергии! Этот фильм (рабочее название «Любовь на войне») для Эмира очень важен, он ведь пять лет не снимал ничего, кроме военной документалистики. Это его возвращение в большое кино. С ним очень интересно, но и очень трудно работать. У многих режиссеров все расписано, все по плану. Знаешь, чем все начнется, как будет развиваться, к чему придет. С Эмиром — все непредсказуемо. Спорить с ним бесполезно, надо просто делать то, что он говорит, слепо за ним идти. Я и иду. 

— А что за слухи про ваш роман? 

Моника машет рукой:  

— Чушь какая, у него прекрасная жена и чудесные дети. Болтают же всякую ерунду... 

— Говорят, вы полфильма проводите в свадебном платье? Вы играете его жену? 

— Я играю его женщину. А выхожу я замуж за другого, это такая трагическая история любви в разгар войны. Надеюсь, что получится очень интересная картина. Но я приготовилась к тому, что съемки будут тянуться долго. Скажите, а правда, что Эмира обожают в России? Мне кажется, Сербия и Россия очень близки, нет? С Эмиром Кустурицей на съемках в Сербии, 2013

В России Моника была несколько раз. Вспоминает романти­ческий Петербург и снежную Москву, где она простудилась, вынуждена была выпить антибиотик и прекратить кормить Деву грудью (впрочем, она и так кормила старшую дочь девять месяцев, а младшую — целый год: «Есть моменты в жизни женщины, которые нельзя пропускать»). Вспоминает русских, которые сво­ей открытостью и страстностью похожи на итальянцев. Красивых женщин, которые, как итальянки, не прячут свою сексуальность. И еще вспоминает «Лебединое озеро» в Большом, причем опять со слезами. 

— Я множество балетов видела в своей жизни, но этот! То, как эта русская балерина плыла, как она летела, как она отрешенно двигалась, будто в зале никого нет, будто она танцует только для себя... Это было похоже на спиритический сеанс. Невероятно. ­Не-ве-ро-ят-но... 

— Боже мой, Моника, не плачьте! 

— Не могу удержаться, не могу вспоминать об этом без слез. 

Я потом узнала, что танцевала в тот вечер Светлана Захарова, чей ледяно-безупречный талант меня всегда оставлял равнодушной, а Монику так глубоко задел. Причем задела ее именно тема одиночества, глубокого погружения в себя. Тема, которая ее сейчас, похоже, волнует больше всего.  

— В моей жизни наступил такой странный переходный момент. Дети уже подросли. Я как будто выхожу из стадии активного материнства, возвращаюсь к себе как к женщине. Впервые в своей жизни я одна, без мужчины рядом. Начиная с четырнадцати лет я не была одна. Если мне сейчас сорок девять, то сколько лет я была частью пары? Я не сильна в математике. 

— Тридцать пять лет.  

— Вот видите — тридцать пять лет! Страшно подумать! Впервые после тридцати пяти лет я оказалась одна. И впервые могу побыть сама с собой. Стать самодостаточной женщиной. Что-то в себе заново понять и открыть. Это так здорово.

— А вам не хочется снова влюбиться? 

— Не сейчас. Сейчас мне надо остановиться, сосредоточиться на себе. Понять, чего я хочу, что я ищу, кто я такая. 

— Вы много раз говорили, что с возрастом чувствуете себя все лучше, все комфортней, все гармоничней. 

— Это так и есть! Я лучше знаю себя сейчас, чем в юности. Знаю, чего от себя ждать и как с собой справляться. Знаю, как быть по-настоящему красивой — красота ведь не только снаружи, она изнутри. Красота — это энергия, излучение. Я всегда в каком-то смысле хотела быть зрелой женщиной. Один из самых счастливых дней в моей жизни — день, когда у меня началась менструация, в двенадцать лет. В тот день я так остро ощутила, что я больше не ребенок, я — женщина. Как будто я впервые обрела себя. 

Меня этот день тоже настиг в двенадцать лет. Но я никоим образом не осознала его как сакральный момент пробуждения женственности. Думала только о том, сколько теперь меня ждет дурацких неудобств... 

Но в устах Моники, главного эротического мифа нашего времени, такое признание не удивляет и не шокирует. Она играла Марию Магдалину у Гибсона, вампиршу у Копполы, злую ведьму у Гиллиама. Всегда играла могущественное женское начало, одновременно смертоносное и жертвенное. Она говорит, а мне кажется, что ее яркие губы смазаны кровью. А описывая ее красоту, хочется употреблять какие-то ветхозаветные сравнения — глаза как оливки, губы как вишни, ногти как виноградины... 

И цвета она любит базовые – красный, черный, белый. А зачем ей переливы цвета и света? Ее первобытная красота не требует нюансов и дополнений. В современном мире, где сравнения с мифологическими богинями и персонажами кажутся высокопарными, таких женщин называют дивами. 

При этом сидящая передо мной Суламифь ест французский белый багет с маслом — с таким спокойствием и с таким аппе­титом, что я испытываю острый приступ зависти. 

— Вот вы так легко можете есть булку с джемом и сливочное масло? 

 Она вздыхает и окунает хлеб в кофе:  

— А вы что, не можете? 

— Ну вообще-то не могу... 

— Ну вообще-то и я не могу. Я знаю, что мне нельзя мучное, нельзя хлеб и пасту. Но что делать... Терпеть не могу запретов. Иногда кусочек удовольствия необходим, правда? Вредно, конечно. Но еще вреднее — отказывать себе во всем. 

— Вы говорили, что после рождения второго ребенка начали заниматься спортом. 

— Так и есть. 

— Каждый день? 

— Ну нет! Я ненавижу рутину, не люблю быть рабой режима, загонять себя в жесткие рамки. Иногда каждый день могу зани­маться с тренером в спортзале, а вот сейчас уже два месяца там не появляюсь. Могу дома сама потренироваться с эластаном, это довольно эффективно, не пробовали? 

Пластических операций Моника явно не ­делала, на лице — живые мимические морщинки, которые ее не портят и не старят. Она уверяет, что никакими вампирскими секретами красоты не владеет, кровь младенцев не пьет — просто очищает лицо, наносит легкий увлажняющий крем, делает инъекции витамина B курсами. Вот, пожалуй, и все. Остальное идет изнутри. От внутренней страсти к жизни. Страсть к жизни означает юность. 

Я говорю ей, что была накануне у французского врача, который сказал мне, что лечил тысячи женщин. И точно понял, что есть только один рецепт молодости — любопытство. 

— Ну да, называйте это как хотите! Любопытством, страстью, внутренней энергией. Как только это исчезает, вы перестаете ­светиться изнутри. 

Может быть, именно красота дает уверенность в себе и защиту, как страховой полис? 

Моника не соглашается и говорит, что была очень неуверенной в себе девочкой. Наверное, оттого, что была единственным ребенком в семье. Когда она родила вторую дочку, радовалась еще и тому, что Дева не будет расти одна. 

— К тринадцати годам я резко похорошела, но внутри я все равно осталась довольно застенчивой. Люди ведь не меняются радикально, они лишь обретают необходимые навыки. Жизнь женщины — такая удивительная, такая интересная. Я всегда хотела жить долго, чтобы пройти все ее этапы. Детство, чувство защищенности, подростковые комплексы, превращение в женщину, наука быть женой, наука быть матерью... Я всегда хотела быть независимой, зарабатывала с четырнадцати лет, сбежала из своего провинциального городка, где я задыхалась. До сих пор не могу долго оставаться на одном месте, переезжаю из города в город. Меня спрашивают, где я предпочитаю жить, а я не могу ответить. Я — такая странница в глубине души. И знаете что? Я — самая счастливая женщина на свете. У меня самые красивые дети. У меня был прекрасный брак — и эта любовь не прошла, она просто трансформировалась в какое-то новое чувство. У меня потрясающая работа, которая позволяет мне каждый день учиться чему-то новому, у меня великолепные друзья. Я учусь быть за это благодарной. И я все еще учусь быть собой.

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с tatler.ru

11

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • tatler.ru
          • домен tatler.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции