html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Миллион алых гвоздик

Здравствуйте, меня зовут Оля, и я очень волнуюсь в этом сообществе профессиональных фотографов геополитиков, но все-таки, пожалуй, решусь. Это мой 1, 2, 3, 4, пятый пост в сообществе, я живу в Москве и в Киеве, куда не могла попасть без малого полтора месяца из-за разных там событий. Вообще-то я социальный философ, преподаватель и даже ученый, но в последнее время, как и многие женщины, я - нет, не в декрете - все больше занимаюсь тем, что смотрю новости и плачу. Случаются дни, когда все больше первое, случаются ночи, когда все больше второе, но чаще - дни и ночи, когда и первое, и второе одновременно.
Итак, это понедельник, третье марта, и мой поезд приходит в Киев в без двадцати девять, и таможню мы проходим за пять минут, потому что в поезде почти никого нет. Заглавная фотография вообще никак не связана с этим замечательным фактом, и представляет собой серое полотно под названием "Непорядок".




Я просыпаюсь (в без двадцати восемь по киевскому времени) на верхней полке пятого поезда. Просыпаюсь потому, что у меня (как это бывает чаще, чем хотелось бы) идет носом кровь. Я останавливаю ее в туалете, смотрюсь в зеркало и понимаю, что фото лица лучше не делать.
Другое дело - мои неидеальные пальцы ног и уточка.
Накануне вечером мой муж пробыл в вагоне так долго, что выпрыгивал из едущего поезда. Напевая "дан приказ ему на запад, ей - в другую сторону", он распихивал по полкам мой рюкзак с вещами и сумку с сурком, и чуть было не уехал в Брянск. Билет мы купили за пять минут до выхода из дома, потому что - а кто его знает? - боялись внезапного закрытия границ и ждали нашего соседа Малинового, у которого на карточке оставалось немного денег для покупки билета. Сосед Малиновый вернулся за пять минут до нашего выхода из дома и сказал:
- Нигде нельзя купить доллары. Почти все банки не работают в воскресенье, а те, которые работают, - не продают доллары. А курс уже - сорок.
Покупка билета за пять минут до выхода - дело совершенно фантастическое, обычно билетов нет уже накануне вечером. Но тут такое дело, что в Киев никто почему-то не рвется. Странное такое дело.
В вагоне - две темы для разговора. Первая - война. Вторая - разногражданственные семьи, вроде моей. Я ни с кем не разговариваю. Я лежу на верхней полке и читаю - предсказуемо - "Белую гвардию": "На сто юнкеров — сто двадцать студентов, и держат они винтовку, как лопату".
2.


Мама машет мне с перрона. Потом плачет. Потом говорит, отнимая у меня сумку с сурком:
- Я думала, мы уже никогда не встретимся.
3.


В метро мама показывает мне газету "Вести". На первой странице - крупно: "ХОТЯТ ЛИ РУССКИЕ ВОЙНЫ?"
- Смотри, у России - миллион военнослужащих, а у Украины - всего 139 тысяч, у России - 352 военно-морских судна, а у Украины - 25.
Мы выходим на Лесной. "Какие красивые цветы", - говорит мама. Лесная ничуть не изменилась, и даже комплект памятников по-прежнему всего 1830 грн.
4.


На выезде с Лесной попадаем в пробку, выезд перегорожен припаркованными машинами. На улицах очень чисто после прошедшего субботника, изредка пролетают перелетные пакеты. Весна.
В лифте всякий раз рассматриваю надписи, странные для нашего района бесхитростных окраинных гопников: "невыносимое подобие бытия", "философская интоксикация", "человекоразмерность". Первые две - глупость и выпендреж, а последняя - настоящий постнеклассический термин. Я слабо разбираюсь в постнеклассике.
5.


Дома я немедленно открываю все двери и окна, бросаю вещи и бегу смотреть новости. У меня - новостянка, а я жила без новостей с самого вечера, жуткая новостная ломка. Сегодняшние новости потрясают, как и все новости в последнее время. Мама смотрит новости по телевизору.
- Это война. Надо узнать про кошачьи прививки, - говорит мама.
Мама отказывается уезжать из Киева без котиков. Котик Ма, медведь и овцебык, выходит на балкон.
- Эй, Маша! - кричит мама котику Ма, медведю и овцебыку. - Не выпади мне там! Кому я тогда буду прививку делать?!
6.


Это я. Я выгляжу блестяще (из-за ночного крема), сегодня я еще не умывалась толком, только смывала кровь и чистила зубы в поездовом туалете. В двенадцать двадцать у меня пара в КПИ, и до выхода у меня есть всякие там дела.
7.


Это - серый день. На улице идет дождь со снегом, начавшийся накануне вечером в Москве. Я разбираю посылки, которые пришли, пока меня не было, смотрю, чему посвящена сегодняшняя пара, и десяток раз обновляю сайт с новостями.
8.


Потом я моюсь и пью зеленый чай, заваренный прямо в чашке, надеваю белый свитер, который пришел в посылке, и собираю вещи.
9.


Проверяю, все ли взяла, и выхожу. В сером дне хорошо видна желтая маршрутка, в которую я сажусь, и случайно передаю за проезд метрополитеновский жетончик вместо денег.
10.


В метро рядом со мной сидит парень, который чересчур членораздельно разговаривает по телефону. Так, я узнаю, что парень подвизается на нелегком поприще перевода украиноязычных новостей для русских, смотрящих российские каналы, а вчера имел странную беседу с подругой из Питера, уверенной, что он в обиде на нее за то, что она - гражданка страны, позволяющей себе агрессивные вмешательства во внутреннюю политику Украины. Он объяснил ей, что Братские Народы не могут ссориться из-за глупостей политиков, и кое-что еще, чего я уже не слушала, потому что читала. "В окнах было сине, а на дворе уже беловато, и вставал и расходился туман".
Вот вам наш серый парк и наш серый Главный Корпус.
11.


Я захожу в кабинет охраны труда, выделенный нам под социальную философию, и вижу студентов, которых не видела с самого декабря, потому что сперва была сессия, потом нас распустили за свой счет, потом были каникулы, потом - я задержалась на неделю в Москве, и тут случились выстрелы, кровь и смерти десятков человек. Метро не работало, преподавателей переселили в студенческое общежитие, чтобы удобнее было добираться. Студенты сидели по домам и, уверена, не только по домам.
По плану у нас Джон Локк, "Два трактата о правлении": "Если подданные или иностранцы посягают силой на собственность какого-либо народа, им можно оказывать сопротивление силой — с этим согласны все. Но то, что можно оказывать сопротивление и должностным лицам, если они совершают то же самое, — это недавно отрицалось; как будто бы те, кто по закону обладают величайшими привилегиями и преимуществами, тем самым имеют власть нарушать те самые законы, на основании которых эти люди только и были посажены на лучшие места, чем их братья; напротив, их преступление тем больше, так как они одновременно не проявили благодарности за большую долю, которую они имеют по закону, и нарушили доверие, которое было оказано им их братьями".
- Мы отстаем от Англии на четыре века, - говорят студенты.
12.


Пара заканчивается (в начале третьего), я встречаю Тетяну и мы разговариваем. Тетяна говорит на несуществующем бандеровском диалекте, чтобы выказать мне свое презрение, подчеркнуть независимость и притеснить меня как следует. Я говорю на русском языке, чтобы показать, что я - русская, мои деды воевали и я ее не боюсь.
Тетяна говорит:
- Олечка, как я рада тебя видеть!
Я говорю:
- Тетяна, как вы тут жили вообще?
- Та не питай, - отвечает Тетяна и подробно рассказывает, что занятий, хоть их и не отменяли, фактически не было. Что очень болит душа за погибших ребят. Что войны не будет - она уверена.
- Я уверена, - говорит Тетяна на своем несуществующем диалекте, который ей, по нелепой случайности, родной.
Я прощаюсь с ней и спускаюсь на нашу маленькую кафедру, где живет молодой преподавательский состав и работает "Лаборатория эстетики и дизайна".
13.


- Привет, - говорю я Северинчику, который сидит за компьютером и что-то читает.
- Как погодка в Москве? - спрашивает Северинчик.
- Будет война, как думаешь? - отвечаю я.
- Нет, - говорит Северинчик, - не будет. Оказывается, он читает новости.
- Мне неспокойно, когда я не вижу новостей дольше получаса, - объясняет Северинчик.
Я сажусь и тоже читаю новости. Северинчик, судя по всему, в то утро не фанат фотографирования, поэтому вот вам я, с одним из самых нелепых своих лиц.
14.


На стене висит рисунок Зосиного сына, а на столе лежат эскизы потенциальных гербов нашего факультета.
- Какой лучше, как думаешь? - спрашивает Зося.
- Все ужасны, особенно шляпа, - отвечаю я.
Зося смеется.
- Да, - говорит Зося, отсмеявшись, - но надо выбрать один.
15.


Вот это вот - как назвать? - стена плача? Доска памяти? Зося говорит - алтарь. Это наша подруга Настя, которая в ноябре разбилась на мотоцикле, и ее слоники. Раньше она была здесь завлабом, и мы много времени проводили вместе. Незадолго до катастрофы мы здорово с ней покатались, никогда не забуду. Она водила очень аккуратно, но это никак не помогло, когда маршрутка сбила ее под фуру.
Кажется, мы до сих пор не поверили.
16.


Настины мишка и динозаврик, а рядом - вино, кекс и полусъеденный батончик баунти. От баунти откусил друг наш Артем в девять Настиных дней, когда казалось, что она еще здесь, и повсюду пахло ее духами.
- Чтобы Северинчик утром удивился, - объяснил Артем, жуя кокосовую стружку.
17.


Тут мне звонит мой папа. Папа взбодрен ситуацией. Папа говорит, чтобы я срочно восстанавливала российское гражданство, "потому что и так уже коридор в 90 дней, а дальше будет хуже", и он уже подготовил все документы, которые могут понадобиться. Я рассказываю папе, что мой муж против всяких там восстановлений.
- Не глупите, - говорит папа.
- Не волнуйся, папа, - говорю я.
Мы болтаем с папой долго, около получаса. Все это время Зося с Димой делают факультетский герб.
18.


Я пью чай из кружки Оксаны, которая сейчас живет в Люксембурге. Кружку выбрала нарочно, чтобы Оксана порадовалась, когда будет смотреть этот день. Привет, Оксанка!
Справа - стол Центра Украинско-Эстонского сотрудничества. В Эстонии живет брат моего мужа с семьей (Tere, Jänes, Nataly ja Marta!), поэтому я горячо одобряю подобное сотрудничество.
19.


Я звоню маме. Мама хочет отнести цветы на Майдан, куда боялась ходить без меня. Боялась чувств, которые ее накроют в месте, где считанные дни назад убивали людей, а со мной мама ничего не боится. Мы договариваемся встретиться у выхода из метро Крещатик.
Я допиваю чай, надеваю платок, и мы с Зосей идем к метро - в 17.45 по московскому времени или в без четверти четыре - по киевскому.
20.


Мы идем к Шулявке. Зося рассказывает о вечере, когда страшно было выходить на улицу, и люди формировали отряды самообороны районов. Рассказывает, как ей позвонили из садика и попросили срочно забрать Марата. Рассказывает, как сидела дома и боялась за мужа, которому до дома предстояло добираться с работы. Рассказывает, как ничего не могла делать.
- Я тоже не могла, хоть и сидела в Северном Бутово, - говорю я.
Сообщаю Зосе, что собираюсь на Майдан.
- Сходи, - говорит Зося, - я уже ходила. Там невероятно. Там такой запах.
Зося идет на свой автобус, а я - спускаюсь в переход. Замечаю, как меняются надписи. Еще недавно - как везде. Теперь - "Слава Украине" и "Не покупай российское!"
21.


Метро Шулявская, фотографирую эскалатор. Неожиданно все пассажиры стоят справа, а проходят - слева, настоящая Москва. Я быстренько спускаюсь вниз.
22.


Захожу в вагон на Шулявке...
...и выхожу на Крещатике.
23.


У выхода из метро меня ждет мама с красными гвоздиками. Мама сперва очень рада меня видеть, а потом начинает позировать. Рядом с мамой - незнакомая женщина, с которой они разговорились по поводу приезжей девушки, спросившей у них, где Макдональдс, и высказавшейся по поводу "чертова Майдана, перегородили, культурно не погулять".
- Ну так уезжайте туда, откуда приехали, и гуляйте культурно, сколько влезет, - ласково сказала девушке моя мама.
24.


На Крещатике стоят палатки и продаются флаги. Слева - очень говорящие, на мой взгляд, плакаты: двести лет Тарасу Шевченко (как говорил диктор общественного телевидения в самые жаркие дни: "И на все это безобразие взирает Тарас"), "Нам нужна твоя помощь" и "Будь здоровым - живи дольше! В твоей жизни есть люди, ради которых стоит жить!"
25.


Проходим мимо календаря на 2014 год, весь календарь посвящен Майдану. Ловлю себя на мысли, что никогда не повесила бы такой у себя дома, потому что не справилась бы с чувствами, которые он вызывает. Какая-то я чересчур нежная.
26.


Одна из первых жизней, отданных за "вашу и нашу свободу" - белорус Михаил Жизневский, не доживший четырех дней до своего двадцатишестилетия.
27.


Спускаемся в переход. Кажется, это не та елка, которую выносят восьмого марта.
28.


Выходим у консерватории. К палатке прислонены щиты "специально подготовленных, до зубов вооруженных" бойцов самообороны Майдана. И оружие.
29.


У консерватории - "перегородили, культурно не погулять" - баррикада с ошметками йолки.
30.


Мы идем к памятнику, символизирующему свободу и независимость. Раньше он казался теткой на столбе, отделанной в духе и стиле особняка Пшонки. Теперь он кажется символом свободы и независимости. Удивительное дело.
"Это не победа, борьба продолжается", - написано у подножия памятника. И это, конечно же, не победа.
31.


"Полная перезагрузка. Верховная Рада" и еще две надписи, которые вы и так понимаете.
32.


Желто-голубой цветочек в море гвоздик.
33.


Идет дождь. Мокнет зайчик "я тебя люблю", мокнет самодельное сердечко "слава героям".
34.


Мокнут фонарики и цветы. Много, много цветов.
35.


Невероятно много цветов. И тот самый запах, о котором говорила Зося: гари, дыма, земли, гвоздик.
Верху, под крестом, - панда.
36.


Каски. На железной - черная лента.
37.


Малая архитектурная форма - церквушка. Или часовня? Я не сильна в этом. Слева - батюшка, почти не попал в кадр.
38.


Октябрьский дворец, баррикада, засыпанный цветами склон. Мне так странно, я ведь была здесь в конце января, все было в снегу и настолько иначе, что не укладывается в голове. Как будто бы фильм, виденный по телевизору, вдруг ожил вокруг меня.
39.


Вид на дом профсоюзов, в котором находился импровизированный майдановский госпиталь. Мы носили сюда лекарства в январе, когда казалось, что хуже и быть не может. Оказалось - может.
40.


Со сцены говорят, что сегодня днем Небесная сотня пополнилась еще одним бойцом. Умер от раны, полученной двадцатого февраля. Дождь усиливается, и мама плачет.
Рядом с нами работают съемочные группы двух англоязычных новостных каналов.
- Давай еще раз и побыстрее, - говорит девушка-оператор бесстрашному журналисту, стоящему без какой-либо шапки, без малейшего зонтика.
41.


Справа - баррикада с цветами. Слева - портрет Сергея Синенко из Запорожья, активиста местного Автомайдана. Его сожгли в его собственной машине 13 февраля.
42.


Улица Институтская.
43.


Детские рисунки.
44.


Женщина Небесной сотни - Антонина Дворянец, 62 года, ликвидатор Чернобыльской катастрофы. Приехала в Киев из Броваров по делам, ни в каких противостояниях принимать участия не собиралась. Убита 18 февраля, тело обнаружили на баррикаде, расположенной на улице Институтской, возле верхнего входа в метро Крещатик. Погибла от избиения дубинками спецназовцами милиции.
45.


Мы кладем цветы возле ее портрета.
- Сволочи, - говорит моя мама.
И еще говорит:
- Оставим цветы в пакетике, правда? Дождь ведь такой!
46.


Каски, цветы, брусчатка. Меня поразило то, что люди русскоязычного жж в дни противостояния жалели о брусчатке, говорили, что она старинная, что "хранит в себе память", говорили - "как жаль".
Пользуясь случаем, хочу успокоить всех, кому все еще жаль "исторической брусчатки": это новодел, уложенный нужными людьми и, подозреваю, с немаленьким откатом.
47.


Там, где раньше лежала брусчатка, - черная сожженная земля.
48.


Сергей Кемский, 33 года, Керчь. Погиб 20 февраля в Киеве. Эксперт Института политических и экономических рисков и перспектив, писал статьи для моей любимой новостной газеты.
49.


Сожженная баррикада и белые цветы.
50.


"Не бойся все изменить".
51.


Игорь Ткачук. Его младшему ребенку - год. Помните, я говорила, что часто плачу? Так вот - снова, извините за неровный почерк.
52.


Проходим мимо плаката, заинтересовавшего мою маму.
53.


Небесная сотня. За дни, прошедшие с двадцатого февраля, эти лица успели стать родными. Звучит пафосно, но это правда.
54.


Над стеной с Небесной сотней - вывеска реабилитационного центра. Рядом раздают суп.
- Я замерзла, - говорит мама, - поем, если он горячий.
55.


Мама стоит в очереди, но суп заканчивается, и мы идем к Евроборщу, моему старому знакомому. Я, правда, никогда его не ела, потому что вегетарианка. У моей мамы таких проблем нет. Она ест евроборщ на мокром от дождя столе.
56.


Я читаю вывеску Евроборща. Звучит очень аппетитно. Начинаю хотеть моченых титушек.
57.


Еще раз фотографирую Дом Профсоюзов. Постапакалиптично, по-настоящему внушительно.
К нам с мамой подходит залитая дождем пожилая женщина.
- Девочки, дайте десять гривен, - говорит она на несуществующем диалекте.
Я даю ей пять, потому что все, что у меня есть наличными, - это пять и пятьдесят.
- Дай пятьдесят, - умоляет женщина, - а я дам тебе сдачи.
- Не могу, - говорю я, - простите, пожалуйста. Мне становится тоскливо.
- Ладно, - вздыхает женщина. - У меня одна упаковка лекарства стоит пятьдесят гривен, я поэтому прошу.
- У меня - двести, - говорит моя мама.
- У вас зато дочка есть, - отвечает женщина и уходит.
Мы идем дальше, мама согрелась.
- Хороший борщ, - говорит мама.
58.


"Спасибо Майдану, что объединил народ". Действительно, очень объединил, я частенько об этом думаю.
Разъединил, конечно, тоже, потому что диалектика.
В самом начале Майдана, когда действовал запрет на палатки, некоторые депутаты установили на Майдане свои "приемные": палатку нельзя, а вот приемную, по закону, - можно ставить где угодно.
59.


Снова портреты, их очень много вокруг.
Слева - Александр Щербанюк из Черновцов, 46 лет. Частный предприниматель. Погиб 20 февраля. Дома остались больная мать, жена и двое детей.
Справа - Анатолий Корнеев из Хмельницкой области. Глава Рудского сельсовета. Погиб 20 февраля от выстрела снайпера.
60.


"С нами Бог". Мы с мамой идем на Грушевского.
61.


Будничная улица, будничная неразобранная брусчатка, будничный спуск в метро, будничная пробитая каска на парапете.
62.


По пути к Грушевского - шины, дрова и баррикады. Становится очень холодно, дождь льет сильнее, мама думает, что пора возвращаться. Возвращаемся, на сцене Майдана - крымский военный моряк.
- Если вам скажут, что украинский флот сдался - не верьте! - громко говорит он в микрофон.
63.


Спускаемся в переход, в моем детстве он назывался "Труба", у меня запотевает объектив. На стене - объявления: помогите найти сына, помогите найти убийц сына. Ходят люди в "костюмах самообороны", наверху они, кстати, тоже ходят. У входа в метро сидит кобзарь, играет и поет.
Со словами "газета для думающих людей" мне дают листок "Майдан - территория воли", состоящий из писем читателей. Разные мнения разных людей - из Киева, Каховки, Лос-Анджелеса. Я читаю его в метро, и это действительно разные мнения.
64.


Полотно под названием "жизнь прекрасна". Первое - лайтбокс у входа в метро, который я снимаю запотевшим объективом. Потом долгое время - ничего, кроме того самого листка, людей в метро, автобуса, в котором мама вдруг говорит:
- Я думаю: от кого так пахнет дымом? И понимаю: да это же от нас!
Лифт, человекоразмерность.
Непривитые кошки встречают у двери.
- Смотри, - говорит мама, показывая на шагомер, - шестнадцать тысяч пятьсот шагов!
Я бегу к компьютеру и обновляю новости. Семь часов. Вроде бы все спокойно.
Потом - лезу в горячую воду. В прошлом омд меня очень попрекали ванной и тем, что я не погибла на баррикаде. Увы, на этот раз все так же, и даже с винегретом (та тарелка, что слева; маленькая, почти ничего, может, и не заметят).
65.


Мы с мамой смотрим новости. "Черный понедельник", стоивший больше олимпиады в Сочи.
Триста с лишним человек свинтили на том московском митинге, на который мы собирались пойти, но не пошли, потому что знали, что свинтят, а мне надо было ехать.
- Хорошо, все-таки, что вы не пошли, - говорит мама.
Потом - час умной Эльзы.
Мама беседует с бабушкой. Бабушка - мамина мачеха, она плохо себя чувствует, она думает, что начнется война, а ее сын, живущий в Америке, не сможет прилететь, чтобы похоронить ее, и ее свалят в яму в полиэтиленовом пакете.
- А как же мы? - спрашивает мама.
- А вы - улетите в Москву со своими кошками, - говорит бабушка.
- Я никуда не полечу, - успокаивает мама.
И объясняет:
- Хочу подольше быть с народом.
И добавляет - надо же, а я ведь даже не знаю гимна.
Мама беседует с подругой и с соседкой. Обе уверены, что будет война. У обеих - сыновья и мужья. Соседка в ужасе, она останется одна со стариками, потому что муж и сын уйдут на фронт.
Мама сидит в кухне, подперев щеку, и чувствует, как поднимается давление.
Потом - в который раз за сегодня? - плачет.
Я иду в комнату. Котик У. сидит в своем кресле и улыбается, как ни в чем не бывало.
66.


На полу возле шкафа - гора одежды, которую котик вытряхнул, пока мы с мамой давали Эльзу. Складываю вещи обратно в шкаф и делаю фото "до и после" (останется за кадром).
Сажусь работать, мне надо делать методички по предметам, которые я веду, мне надо составить список вопросов на следующую пару. Не могу работать, смотрю новости, читаю новости, обдумываю новости.
Решаю постирать.
Запускаю машинку, развешиваю белье, снова запускаю машинку. Всякий раз, когда я открываю дверь ванной, приходит котик У. и просит пить.
67.


Закончив час умной Эльзы, мама смотрит новости. Я зажигаю свечи, чтобы все вокруг выглядело умиротворенным, хотя это, пожалуй, даже хуже ванны. Забираюсь в постель с ногами и ноутом.
Надо работать. Читаю новости, смотрю новости, обдумываю новости. Узнаю, что, по данным Минобороны, Россия незаконно ввела в Украину более пяти тысяч военных. Узнаю, что через керченскую переправу прорвались грузовики с вооруженными людьми. Узнаю, что "Янукович попросил Путина напасть на Украину".
Надо работать. Пишу пост в жж.
Надо работать. Смотрю ролик Комаровского, понимаю, что не зря его люблю, пишу еще один пост в жж.
Надо работать. Двадцать одна минута первого. С горем пополам составляю список вопросов, героическим усилием воли отправляю список студентам.
Надо работать. Смотрю заседание Совета Безопасности ООН.
Надо работать. Мама по телевизору узнает, что Янукович, оказывается, попросил напасть. И про грузовики на переправе.
- Будет война, - говорит мама, заходя ко мне.
68.


Ниже вы видите полотно под названием "Быстрое размораживание". Быстрее не придумаешь. Мама собирает документы и укладывает их в чемодан. Непривитый Котик У. трется вокруг да около.
- Я тебя не брошу, - говорит мама котику У.
- Думаешь, новое пальто надо укладывать? - говорит мама мне.
Я смотрю на нее, смотрю на чемодан, фотографирую все это и котика У.
Возвращаюсь к себе, досматриваю заседание Совета Безопасности. Чувствую, что смертельно устала, хотя почти ничего не делала. Обычно мои дни - совсем другие.
Пишу мужу, называя Совбез собезом. Муж говорит, чтобы я ложилась спать, и я понимаю, что он прав и надо ложиться.
Мама ходит по комнате из угла в угол.
69.


Умываюсь, зубная щетка все та же, а обруча для волос и пены для умывания вы еще не видели. На часах - начало третьего. На нижнем фото под зеленой бутылочкой лежит некто Крем Морковный за двадцать рублей, из соседнего с нашим московским домом дискаунтера, призванный бороться с шелушением и раздражением. Я купила его вместо корейского за три тысячи, чтобы экономить в наше непростое время, но, к удивлению моему, с шелушением он действительно борется изо всех сил. А вот с раздражением - не очень, пару раз в день я все-таки раздражаюсь.
Чтобы не раздражаться вообще, я мажусь Морковным с удвоенной силой. Потом - читаю "Белую гвардию". Потом засыпаю, и мне снится, будто бы мы с мужем прячемся в шкафу от людей, которые идут нас убить.
А мама вообще не спит, слушает бомбы. То есть - бімбы. Ее поколение с детства привыкло бояться бомбежки; не спать и слушать - полезный и привычный навык.
А я все-таки сплю. Незнакомые люди идут нас убить, но я знаю, что это сон.
70.


Спасибо, что были со мной сегодня.
Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с livejournal.com

6

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • ivanzadrotov
          • украина
          • россия
          • майдан
          • домен livejournal.com
          • домен odin-moy-den.livejournal.com

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции