html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

День бомжа

Дом ночного пребывания в Вологде. Фото: Алла Нивина

Дом ночного пребывания в Вологде. Фото: Алла Нивина

Корреспондент «Русской планеты» выяснила, кто попадает в ночлежный приют в наше время

Самой старой ночлежке Вологды в этом году исполнилось 20 лет. Расположена она в тихом месте на городской набережной, в небольшом двухэтажном особняке, где до революции так же работал ночлежный приют. И хотя сейчас он называется иначе — домом ночного пребывания, — суть осталась прежней.

Помоги себе сам

Директор Андрей Волков работает в доме ночного пребывания практически с самого его создания и считает, что в девяти случаях из десяти до последней черты людей доводит пьянство. Среди бездомных можно также встретить жертв «черных» риелторов, погорельцев и детдомовцев, однако истории превращения граждан в бомжей довольно типичны.

– Если раньше 95% проживающих были бывшими заключенными, то сейчас таких три человека. Основную массу проживающих я называю «бытовыми» бомжами. Как они свои истории преподносят? «Я такой хороший, с женой не сошлись характерами. Ушел из семьи, оставил все жене и ребенку», дескать, «все заработаю сам». Но происходит срыв и запой: потерял работу, другую найти не смог — и покатилось. Рано или поздно человек оказывается на помойке. В семью вроде бы готов вернуться, но уже не нужен. Оказывается здесь. Если хочет подняться — это видно. Но подняться трудно: родственные связи потеряны, друзья отвернулись, как специалист деградировал, — описывает стандартную историю Андрей Волков. — У нас, как у Горького — «На дне». Дальше опускаться некуда. При нынешней социальной политике с этого «дна» подняться практически невозможно. К нам приходит порядка двухсот человек в год, и за все 20 лет нашей работы к нормальной жизни вернулось человек 20.

Андрей Волков вспоминает один из тех редких случаев, когда бомжу удалось «выйти в люди», правда, фамилии своего бывшего постояльца не называет:

– Николай приехал на Вологодчину из солнечной Молдавии, на лесоповал. Зарабатывал деньги, отсылал домой. В этот момент развалился Советский Союз, а у него украли документы. Человек «повис» здесь: восстановить документы сложно, поскольку он гражданин другого государства. Потом работы не стало, — оказался у нас. Тем не менее, руки золотые, с головой все нормально — начал зарабатывать. Поехал в посольство, восстановил документы, но так и остался жить в Вологде. Сейчас он занимается грузоперевозками, — рассказывает директор ночлежки. — Получилось, что с «дном» чуть соприкоснулся и тут же от него отпрыгнул. Видел Николая последний раз год назад — все у него было нормально.

Андрей напоминает о крылатой фразе из романа Ильфа и Петрова «спасение утопающих — дело рук самих утопающих» и подчеркивает, что его учреждение помогает тем постояльцам, кто хочет помочь себе сам — бегает по инстанциям, ищет работу. В первую очередь бездомным восстанавливают документы.

– Если у человека есть регистрация, он может встать на учет в службе занятости и работать. Может комнату снять и получить свой угол. Это небольшой трамплин, но ведь у человека, когда он приходит к нам, нет вообще ничего, — объясняет директор учреждения.

Правда в том, что большинству бомжей трамплин не нужен и живут они одним днем: есть крыша над головой да ежедневный паек, и ладно. Многие, пережив зиму, летом снова уходят на улицу, однако бывшие заключенные и детдомовцы в этом обществе занимают особое место.

– Недавно мы приняли человека, которому 52 года, из них 33 он отсидел. Представляете? Кроме жизни «на зоне» он другой жизни не знает, а его надо поставить на какие-то рельсы, социализировать, — продолжает Андрей. — Отдельная история — детдомовцы. Они привыкли к тому, что государство их обеспечивает, и иждивенческая привычка у них остается. Работать не хотят. Дали квартиру — сначала меняют ее на комнату с доплатой, деньги проедают, потом продают и комнату. В конечном итоге приходят сюда — «Дайте материальную помощь». Как им помогать? Они не хотят трудиться!

Режим трезвости

В ночлежке два отделения на двух этажах — мужское и женское, мужчин больше раза в три. Дом ночного пребывания переполнен: рассчитан на сорок мест, а постояльцев больше пятидесяти. «Излишек» умещается на двухъярусных кроватях, которых достаточно много в мужском отделении.

Первые полгода бомж может жить здесь бесплатно — такой срок отводится на восстановление документов, поиск работы или оформление пенсии. Дальше бездомному придется платить по 69 рублей в сутки.

Каждый день постояльцы получают сухой паек — лапшу быстрого приготовления, каши, консервы, хлеб, чай, сахар. Алкоголь категорически запрещен. Нарушитель тут же оказывается на улице.

Один из жильцов по имени Михаил условиями проживания доволен. Однако о том, как оказался бомжем, мужчина рассказывает неохотно.

– Из тюрьмы вышел «в никуда». Мне было негде жить, не во что одеться, вот я сюда и обратился — меня взяли. По правде сказать, я доволен. В тепле, сытый — мне лично всего хватает, — делится Михаил.

А после признается, что жена с ним развелась, с дочками не общается, родители умерли, и теперь он надеется устроиться в интернат — это и будет его возвращение к нормальной жизни. Правда, в этом деле Михаилу нужна помощь местной администрации.

В цыганском рабстве

Впрочем, рассчитывать на пенсию по старости или инвалидности здесь могут не все. Для двух человек камнем преткновения стал вопрос гражданства. Один из них — бывший киевлянин Александр Георгиевич. Сейчас он лишен обеих ступней, ходит на коленках, позади волочатся пустые штанины.

Когда злоключения Александра только начинались, он был здоров, полон сил и уверен, что без дела и крыши над головой не останется: в 1990 году Александр оставил в Киеве жену, сына и дочь, выписался из квартиры и уехал к родне в Казахстан. Там его застал развал Советского Союза.

Александр Георгиевич провел в рабстве у цыган несколько лет. Фото: Алла Нивина

– В Казахстане в то время гонения были: если русский, значит, должен или сидеть, или уехать. Одно из двух. Я там срок получил — в карман анашу сунули, — спокойным негромким голосом рассказывает Александр Григорьевич. — У меня паспорт был не российский, а советский. Когда освободился, сказали, что мои документы в архиве находятся. Пришел туда, а там ответили — «Нету твоих документов». Сделали из меня бомжа. Куда ни ходил — бесполезно. Стена. Потому что русский, потому что денег нет.

Родственники Александра в итоге перебрались из Казахстана в Тверскую область, хотел уехать из Актюбинска и он сам — к матери в Стерлитамак, но не вышло.

– Таможня два раза не пропускала — у меня была только справка об освобождении. На третий раз я пошел в прокуратуру. Говорю: так и так, не знаю, как уехать из вашего прелестного края к матери в Башкирию.

Прокуроры выслушали и оформили документы на депортацию, но не полностью — в бумагах не хватало какой-то печати. Из-за нее российская таможня могла отправить киевлянина обратно в Актюбинск. Поэтому на одном из перегонов на российской территории проводница открыла Александру дверь, чтобы он спрыгнул с вагона. Так в 2006 году киевлянин, наконец, добрался до Стерлитамака.

– В Башкирии мы с матерью ходили в паспортный стол, чтобы прописать меня к ней. Начальник паспортного стола мне сказал: «Пока не поедешь на Украину, не получишь там документы, не расторгнешь все с Украиной — до свидания. Потом мы тебя здесь на льготных условиях устроим». А как я поеду через границу?! Одну уже переходил — кубарем с поезда, —спокойно продолжает Александр Георгиевич. — Я сам русский. У меня мать, родственники здесь. Я не имею права проживать в России?

В то время Александр и его мать приняли постояльца, который жил у них четыре месяца и пообещал киевлянину хорошую работу. Ради нее тот поехал в Ростов-на-Дону. Однако на вокзале Александра никто не встретил, и ему пришлось искать работу самостоятельно. С двумя справками на руках — об освобождении и депортации из Казахстана — выбора не было. Пошел на поля, к корейцам. Через девять месяцев мужчине стало ясно, что денег ему не заплатят.

– Знают, что без документов. А куда я пойду? В милицию? Бесполезно. 1 января я пошел в Ростов — 17 километров прошел в летних туфлях, приморозил ноги. Поначалу не обращал внимания, хотя тяжело было ходить: бичевал по подъездам, по вагончикам. На третий день мне стало плохо, не смог встать на ноги.

Помогла ему проходившая мимо женщина — вызвала скорую помощь. Та отвезла в социальный центр, где ему ампутировали обе ступни. Полтора года Александр лечился в городе Шахты, а потом снова поехал в Ростов — в местный комплексный социальный центр по оказанию помощи лицам без определенного места жительства. Хотел определиться, что делать дальше и надеялся, что ему помогут восстановить документы.

Около храма рядом с социальным центром Александр нашел собутыльников, и в итоге заночевал там же, где и пил. Под утро его обнаружили цыгане. Налили стакан водки — и киевлянин очнулся уже в машине, которая везла его в неизвестном направлении.

– Они меня сначала в Курск привезли, потом в Псков, Мурманск, а потом в Вологду.

У цыган Александру пришлось побираться. Милостыней он собирал по 7-10 тысяч рублей в день, а если приносил меньше — его били.

– У цыган в рабстве очень много людей! Надоело мне с этими цыганами до не могу! Я в жизни никогда не побирался! Четыре раза от них бежал — находили. Прямо к милиции подъезжали и забирали. А как я с ними справлюсь?

Вологодская полиция задерживала Александра два раза, когда он просил милостыню прямо на дороге. Сфотографировали, сняли отпечатки пальцев и отпустили. А когда снова повстречали его на дороге с протянутой рукой, один из полицейских сжалился и отвез бомжа по его просьбе подальше от города, а заодно и от цыган.

Александр неделю бродил по округе, пока не вышел к какой-то церкви. Местная служительница позвонила настоятелю, вызвала полицию и всем миром они все же нашли приют несчастному — Александра отвезли в дом ночного пребывания в Вологде, где он с тех пор и живет. И по-прежнему боится встречи с цыганами.

– Надо нож купить. Случись встретиться — наверное, придется на себя грех брать, — обреченно говорит Александр. — Если посадят — хоть «квартира» будет.

Александр почти потерял надежду вернуть себе статус и права гражданина: паспортно-визовая служба требует доказать, что на 1992 год он имел гражданство Российской Федерации. Для этого нужно сделать массу запросов — где родился, женился, где проживал, однако украинское посольство молчит.

Юристы дома ночного пребывания решили пойти другим путем: органы внутренних дел сейчас проверяют, не совершил ли Александр каких-либо преступлений, и по окончании этой проверки вопрос о восстановлении документов будет решаться в суде.

Дубль второй

Женское отделение ночлежки находится этажом ниже, — спуститься туда можно по узкой винтовой лестнице. Как и среди бездомных мужчин, среди женщин преобладают люди преклонного возраста. Постоялицы помоложе невольно обращают на себя внимание.

Александре 36 лет и у нее двое маленьких детей: годовалый в больнице, двухмесячный — в доме ребенка. Директор дома ночного пребывания Андрей Волков говорит о ней так:

– Девять братьев и сестер. Поддержки не получала и не ждет, живет сама по себе. Как дальше будет жить, я не знаю. Ни образования, ни специальности нет.

Сама Александра рассказывает о себе сбивчиво, сильно волнуется, еле сдерживает слезы. По лицу видно, что девушка периодически выпивает. Шесть лет назад ей уже доводилось жить в ночлежке, а сейчас она вышла из заключения и обнаружила, что с прежнего места жительства ее выписали родственники.

– Домой меня не пустили — там сестра командует. Я приехала не к ней, а к матери, а она — «Это мое жилье, моя территория». Думает, что я жить пришла, — говорит женщина. — Жила у знакомой, но поругалась и ушла. А куда идти? Девчонки сказали — «Иди обратно в дом ночного пребывания». А я боялась идти сюда снова.

Александра попадает в ночлежку уже во второй раз. Первый был у нее еще до тюремного срока. Фото: Алла Нивина

Александра говорит, что в своих бедах винить исключительно себя она не может:

– Как объяснить? Судимость у меня не воровская, просто я была крайняя. Я была с ребятами, а они пошли на кражу. Когда их поймали, я оказалась соучастником.

Спрашиваю про детей.

– Этот человек меня подставил! Знал, что у меня ни жилья, ни работы нет. Обещал: «Ты не будешь работать, у нас все будет хорошо». Оставил с детьми, а мне выкручиваться!

Сейчас Александра занята восстановлением документов и поиском работы. На мой вопрос о том, хочет ли она вырваться из порочного круга, отвечает:

– Вырваться-то я вырвусь, лишь бы люди не мешали. Меня путают постоянно: так делай, а так — не делай. Я послушаю — и все наоборот выходит. Когда сама делаю, что-то получается.

Пострадавшие от риелторов

Нину Ивановну из поселка Шексна в вологодский дом ночного пребывания направила служба соцзащиты.

– Когда мы с мужем развелись, он алименты мне не платил. Я одна тянула троих детей. У меня накопился долг за квартиру года за четыре — больше ста тысяч рублей. Меня стали таскать по судам – «Плати или выселим». Зря я этого побоялась. На улицу бы не выселили — просто жилье бы меньше дали, и все. А я решила продать квартиру. Деньги разделила между сыновьями. Младший купил комнату в общежитии, средний поехал с женой в круиз, а старший погиб. Все денежки потихоньку разошлись: пока они были, нужна была и мама, как денежек не стало, так и мама стала не нужна.


Нина Ивановна неудачно продала четырехкомнатную квартиру и оказалась на улице. Фото: Алла Нивина

Однако всех денег за четырехкомнатную квартиру Нина Ивановна так и не получила, а поскольку на руках у нее никаких документов о сделке не осталось, оспорить в суде она ничего не могла.

– Я еще живу в квартире, а они ее уже продали. Новый хозяин пришел — все мои вещи на улицу выкинул: «Иди куда хочешь — квартира моя», — рассказывает Нина Ивановна. — Встретила друга одного из сыновей: остановил машину и спрашивает — «Как живешь?». А я тачку с железом везу на металлолом сдавать — «Вот так и живу». Он тут же Леше позвонил: «Если ты мать не пристроишь, я тебя больше не знаю!». Буквально через два дня они ко мне приехали.

В то время средний сын Нины Ивановны переехал в город Сокол, и мать поначалу жила у него. Потом встретила мужчину и два года жила с ним, не оформляя отношений. Но после смерти сожителя по требованию его родственников Нина Ивановна освободила его жилплощадь.

– К тому времени сын с женой двоих детей из детдома взяли, так вроде я там уже лишняя. Жилье снимают — то там поживут, то тут.

Временное прибежище Нина Ивановна нашла в социальной гостинице поселка Кадуй, но только на год. Работала сторожем на местном рынке, поднакопила денег. Через год служба занятости направила женщину в колхоз.

– Сначала кормила коров, потом доить научилась и в доярки перешла. Но меня начал беспокоить участковый — нет прописки. И зарплаты не дают. А у меня там ни родных, ни знакомых, никого. Чувствую, что деньги кончаются. Через месяц узнала, что работники не получают зарплату уже полгода. Собралась и уехала.

Вернувшись в Шексну, Нина Ивановна подалась в сиделки. Полгода жила в деревне, ухаживая за старенькой бабушкой.

– Бабушка лежачая была — я ее на ноги поставила. Под руки ее водила, массаж делала, таблетки давала вовремя. Бабушка у меня на ноги встала, а потом взяла да и брякнула детям, что «если меня Нина до смерти не бросит, то я ей дом отпишу». У детей отношение изменилось, пришлось и оттуда уехать. В общем, попутешествовала, как лягушка.

Однако такие путешествия не прошли для Нины Ивановны бесследно. На нервной почве у нее отнялись ноги — до колена их не чувствовала. Попала в больницу.

– Тогда мне ничего не надо было, ни к чему не стремилась, умереть хотела, — признается женщина.

После этого соцработники направили Нину Ивановну в вологодский дом ночного пребывания

– Цель появилась, жить захотелось и здоровье стало лучше. У меня планы такие: накопить денежек и купить какой-нибудь домик в деревне. Дешевенький. Прокоротать оставшуюся жизнь где-нибудь на природе. Хочется, чтобы огород был, банька своя, двор. Я бы скотинку еще держала — скотину очень люблю.

Накопить на дом Нина Ивановна надеется с пенсионных и заработанных денег. Пенсия ей будет положена через год, а работает она ночным сторожем — охраняет частный дом. Думает об одном — лишь бы здоровья хватило.

Словно не работал

К вечеру в ночлежку возвращаются работающие постояльцы. По словам одного из них — Валентина, большинство бездомных устроились дворниками или грузчиками, хотя некоторые находят работу и по специальности. Сам Валентин тоже работает дворником — за 7 тысяч рублей в месяц, от которых всецело зависит, поскольку в свои 65 лет получить пенсию не надеется, так как всю трудовую жизнь провел в Казахстане. И хотя паспорт гражданина Российской Федерации он все-таки получил, минимального трудового стажа, необходимого для получения пенсии, так и не набрал.

– Конечно, стаж у меня есть, и не пять лет, а больше — работал сварщиком, плотником, слесарем. Но когда я ходил в Пенсионный фонд, мне сказали: где ты работал до 1992 года — не считается. А я в 1992 году сюда приехал, и все здесь кручусь, — рассказывает Валентин Владимирович. — Когда мать переехала в Казахстан, я еще маленький был — пять лет. Решил на Родину съездить — все-таки здесь дядьки-тетки жили, братья двоюродные. На машине поехал выпивши, и слетел с трассы. Милиция меня задержала, забрала паспорт, отпустила под расписку, а паспорт оставила у себя. Потом меня освободили из зала суда — а паспорта нет. Как в Казахстан уедешь? Документы, что я гражданин России, не мог получить одиннадцать лет. Запросы туда шлют — Казахстан не отвечает. Только когда уполномоченному по правам человека написал, что милиция потеряла мой паспорт, мне выдали новый.

За прошедшие одиннадцать лет Валентин работал где придется, жил у родственников, пока те были живы.

– Воровать приходилось. Потом меня посадили, — вспоминает Валентин, и в его голосе слышится тревога. — Сейчас уже и мать умерла, и родственников нет. Вообще никого нет. Жена в Казахстане осталась. Заболей — и все, на улице окажешься. Здесь скоро надо будет платить за жилье, а вдруг работы не будет? Где деньги брать?

Теми же вопросами задается и 55-летний Федор, который, как и Валентин, работает дворником за те же 7 тысяч рублей.

– Я бы хотел что-то свое найти: чем быстрей, тем лучше. Но хотел бы уйти так, чтобы не возвращаться сюда. Здесь режим, можно сказать, детский: около 10 вечера все уже в койках, — нехотя поясняет Федор. — Я стремлюсь куда-то, но пока ничего не получается. Хотя мизерная работа есть — на жизнь хватает. Но мне кажется, до пенсии я не доживу. Да бывает, и жить-то не хочется.

***

– До 1992 года в Советском Союзе была статья о борьбе с бродяжничеством и попрошайничеством, существовала огромная сеть так называемых лечебно-трудовых профилакториев (ЛТП). Если человек в течение двух недель не устраивался на работу, к нему приходил участковый — грозил пальчиком. Если человек не понимал, его определяли в ЛТП, и там он трудился. Плохо или хорошо, но своим трудом он приносил пользу.

Потом эта масса людей выплеснулась на улицу, и никто не знает, что с ней делать. Добавьте сюда «горячие точки», которые выкинули на улицу море народу. Добавьте беженцев и погорельцев. Какая армия людей бродит по улицам России? Исследование показывает, что к нам приходит всего лишь пятая часть бездомных. С коллегами в Москве мы посчитали, что по всей стране за пять лет через наши 68 учреждений прошло 2,5 миллиона человек. А айсберг весь внизу, — говорит Андрей Волков.

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с rusplt.ru

20
    +2 surfers

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • rusplt
          • тюрьма
          • церковь
          • мужчины
          • бомж
          • исследования
          • россия
          • квартира
          • полиция
          • водка
          • домен rusplt.ru
          • домен vologda.rusplt.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции