html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Семейные ценности

Чем живет однополая семья в России 

Борьба за гетеросексуальность россиян давно и прочно вошла в политическую моду последних лет. Выступая за традиционные ценности, уже несколько государственных деятелей сделали себе имена на политической арене. Председатель Комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Елена Мизулина известна своим участием в разработке закона «черных списков» и «концепции государственной семейной политики до 2025 года». Недавно Елена Мизулина выступила с очередной инициативой – создать правовые основания для «отобрания ребенка из семьи, основанной на фактическом браке людей одного пола». Если абстрагироваться от неловкой формулировки, то в этом предложении можно четко увидеть, что даже депутаты признают факт существования не просто неофициальных однополых браков, но семей в достаточном количестве, чтобы поднять этот вопрос на государственный уровень. Корреспондент «РР» пообщался с однополой семьей и попытался понять, чем она отличается от обычной и почему так пугает депутатов Госдумы.

Сначала мне казалось, что найти однополую семью для интервью – задача сложновыполнимая. Но за один день поисков в интернете ко мне обратились порядка десяти семей, готовых рассказать о себе (зачастую на условиях анонимности). Одной из первых обратившихся была Света. Она со своей гражданской женой Аней и тремя детьми живет вместе уже третий год.

Дверь открывается осторожно, не сразу. Выглядывает Аня – приземистая, светловолосая, лет тридцати. Здороваемся. С разбегу на меня налетает маленькая такса и начинает облизывать. Аня приглашает пройти на кухню и поесть – у них как раз обед. Первое, что бросается в глаза на кухне – облепленный магнитами, фотографиями и рисунками холодильник. В центре холодильника нарисованный черной ручкой портрет Светы – черноволосой, с тонкими чертами лица и татуировками на руках.

– Это Эл, – с гордостью говорит Аня. – Похожа?

– Очень, – честно отвечаю я. – А почему «Эл»?

– Привычка, – усмехается Аня. – Мы познакомились на одном интернет-форуме, с тех пор иногда называем друг друга по никам.

– А у вас какой?

– Гретхен.

Эл и Гретхен вместе хозяйничают на кухне. Эл варит кофе, Гретхен накладывает рис. Типичная небольшая кухня: стулья, стол, обои, шкафчики – все среднестатистическое. Эл привычным движением мешает кофе в турке, на столе тарелка с печеньем. Единственное, что нарушает эту гармонию обыденного – красная роза в небольшой вазе.

– У вас часто происходит что-нибудь необычное в жизни? – оглядываясь, спрашиваю я.

– У нас простой событийный ряд: ремонт сделали, в парк сходили, в театр, музей, – Аня тщетно силится вспомнить что-то экстраординарное. Она пробегает глазами квартиру и останавливает взгляд на хромающей кошке в подгузнике:

– Вот кошку недавно прооперировали. А так, про нас и писать нечего. Это совершенно обычная жизнь, как у миллионов других людей.

– Разве что мы не валяемся пьяными на детской площадке и не орем матом, – добавляет Света. За окном как раз кто-то ревет что-то невнятное. – Ничего сверхъестественного мы не делаем. Помню, один депутат говорил, что среднестатистический гей тратит на одежду и украшения в 7–10 раз больше натурала, – Света и Аня закатываются смехом.

– У нас есть знакомый гей кардиолог-скоропомощник. Абсолютно обычный, нормальный мужик с виду, – продолжает Аня, – какие 7–10 раз? Откуда депутаты эти данные берут?

– И вообще, я не понимаю, откуда эти мифы о богемной жизни, развращении детей, – возмущается Света.

– Вот у нас дети сидят в другой комнате, сейчас познакомим. Дети как дети – со своими увлечениями, друзьями. В школе отличницы, – подхватывает Аня. Кажется, обе женщины настолько же решительно не понимают депутатов, насколько депутаты не понимают геев.

– Ну да, на краю земли живут адские содомиты… – скептически усмехается Света. – Все об этом рассказывают, рассказывают, но никто про это ничего не знает, никто не приходит и не видит ничего.
 

***

Света и Аня живут вместе уже 2,5 года. У обеих были непростые истории гетеросексуальных отношений. Аня дважды была замужем. Обе ее дочери учатся в старших классах школы. Света была замужем один раз – у нее семилетний сын. И Света, и Аня говорят о том, что пытались встроиться в традиционную норму, обзавестись обычной жизнью, но против своей природы пойти не смогли и, выходя замуж, прекрасно знали о своих внутренних гендерных предпочтениях. Сейчас Света и Аня вместе с детьми живут в двухкомнатной квартире и собираются покупать жилье попросторней.

– Вам не страшно было начинать жить вместе, учитывая, что Россия считается очень гомофобной страной?

– По нашим ощущениям еще два года назад не было такой истерии по поводу ЛГБТ. Это сейчас ситуация нагнетается, – говорит Аня.

– Да и потом, это не первые наши отношения. В тридцать лет уже как-то не страшно, мама «а-та-та» не скажет. Пора уже жить так, как хочешь. Пусть даже это будет и осуждаемо обществом, – продолжает Света. – Гей в общественном сознании – полуголый мужик с перьями в заднице, который скачет по Красной площади. А лесбиянка – это такая занюханная тетенька, на которую никто не обращает внимания, и она от безысходности встречается с женщиной. Я надеюсь, мы не похожи на безысходных и занюханных? – заканчивает свою гневную тираду Света.

– На работе у вас не возникает конфликтов на почве сексуальной ориентации?

– Нет, – в голос отвечают Света и Аня.

– Я – классный специалист, занимаюсь финансами, и никто меня за такое никогда не уволит, – с вызовом говорит Аня.

– На работе в курсе, – продолжает Света. – Не то чтобы я приходила и радужным флагом махала, но когда меня спрашивали о составе семьи, я сказала, и к этому отнеслись нормально. У нас адекватное начальство, которое понимает, что важно – как мы работаем, а не как проводим свободное время.

– Это в интернете могут поднимать крик, называть нас извращенками. Но когда я в реальности на работе сказала, что живу со Светой, никто и бровью не повел, и все было нормально, – говорит Аня.

– Получается, с гомофобией вы особо не сталкиваетесь, но и не афишируете свои отношения. Все-таки социальную скованность вы ощущаете?

– Ну, это как сказать, – задумчиво произносит Света. – Все наше окружение знает про нас, по улице мы за ручку ходим, в метро можем обняться в пределах разумного, и никто нам никогда даже замечания не сделал, не то что морду набил.

– Все, что вы рассказываете, очень как-то идиллично. Столько ведь историй про бытовую гомофобию на рабочих местах и т.д. А, с ваших слов, получается, все это существует где-то в виртуальном мире.
 

– Некоторые на Библию ссылаются, – подхватывает Аня. – Но если следовать Библии, то любой секс – это грех: человек рождается во грехе и несет на себе грех. Но по-другому человек размножаться не может, а бог велел плодиться и размножаться. Поэтому не осуждается только секс для зачатия...
 

– Мелкая бытовая гомофобия распространена немножко не в той среде, в которой мы живем и работаем. Это больше свойственно тем, кто там сидит, – Аня показывает большим пальцем на окно, за которым продолжают периодически реветь нетрезвые обитатели детской площадки. – Человек с высшим образованием, научной степенью, как правило, не-гомофоб.

– Либо он хотя бы это агрессивно не декларирует, – добавляет Света. – Но мы не идеализируем общество, читаем, что пишут в интернете. Там у всех, конечно, есть мнение, но нет аргументов. Кто из интернет-критиков вообще гея живого видел?

– Некоторые на Библию ссылаются, – подхватывает Аня. – Но если следовать Библии, то любой секс – это грех: человек рождается во грехе и несет на себе грех. Но по-другому человек размножаться не может, а бог велел плодиться и размножаться. Поэтому не осуждается только секс для зачатия… – говорит Аня.

– А вы многих видели, кто занимается сексом только для размножения? – усмехается Света.

– Нет. Вы ссылаетесь на Библию, потому что она для вас что-то значит?

– Если в этом вопросе часто апеллируют к вере, почему бы не изучить этот источник, – отвечает Аня и добавляет, – хоть я и немного другой веры.

– А можно поподробнее? Я и у Светы во «ВКонтакте» видел много всего про язычество, например.

– Да. Руническая северная магия. Северное язычество, – говорит Аня. – Но я язычница не потому, что не знаю про христианство и меня надо, как чукчу, просвещать.

– Только, ради бога, не надо путать это с родноверами и иже с ними, которые с фашистским уклоном, – раздражается Света. – Всякими невнятными обрядами мы не занимаемся…

– Ты пентаграммы только с холодильника убери, – смеется Аня.

Если приглядеться, то на холодильнике среди фотографий детей, магнитов, записок и правда можно разглядеть несколько аккуратно выведенных пентаграмм.
 

***

Света и Аня сидят рядом, на мои вопросы реагируют эмоционально – видно, что принимают это близко к сердцу. Изредка они касаются друг друга, переглядываются. Аня веселая, говорит много, часто смеется, Света больше молчит и выглядит меланхолично. Наш разговор постоянно балансирует между рассказами о том, как драматически проходила стерилизация кошки Пакости, и о борьбе за права сексуальных меньшинств.

– Наверное, это правильно – то, что они делают. Они выходят к Госдуме и борются, в том числе и за нас, – рассуждает об ЛГБТ-акциях Света. – Но с тремя детьми на руках я туда точно не пойду.

– А я не пойду не из-за детей, – говорит Аня, – я тетка старая и очень хорошо помню протестную акцию 1997 года. Тогда вся Москва была заполнена митингующими…

– И вам страшно от этого?

– Нет! Просто в этом нет никакого смысла. Это немножко не та страна, где подобные акции имеют значение.

– А в гей-парадах вы не участвовали?

– Нет. А они у нас были? – иронично спрашивает Света.

– Попытки точно были.

– Ну… Попытки, – разочарованно бросает она.

– Это ведь тоже борьба за свои права.

– В этой стране вообще невозможно бороться за свои права, – говорит Аня. – Пока ЕС не повлияет на ситуацию, не введутся какие-то экономические санкции, ходить и митинговать нет никакого смысла.

– А если вы напишете о нас нейтрально, у вас будут проблемы, – неожиданно предупреждает Аня.

– Почему?

– По новому законодательному курсу заявлять о социальной равноценности геев и негеев нельзя, – саркастично продолжает Аня.

– Но у нас есть семья, хорошая работа, мы не лучше и не хуже наших соседей, – подхватывает Света. – При этом я не могу прийти к ее биологическому ребенку в больницу. У нас был прецедент: старший ребенок попал в больницу, а меня туда не пустили – сказали, что может прийти родитель или его официальный супруг. Я не могу сделать ее наследником первой очереди. Если она попадет в реанимацию, меня опять же к ней не пустят. Вот в этом и есть социальная неравноценность, а не в том, что мы чем-то лучше или хуже. И вот живет у нас ребенок – тихий, спокойный, по-своему избалованный, а какая-то добрая Мизулина придет его спасать из семьи, которая ценностям не соответствует?

– И ничего не помешает ей это сделать, – продолжаю я.

– Тридцать лет назад у нас были одни ценности – пинками загоняли в светлое будущее. Двадцать лет назад ценности стали другими, десять лет назад опять поменялись… Сегодня одни, завтра другие, но дети-то тут причем? – гневно говорит Аня. – Забирать ребенка из семьи, которая не соответствует каким-то ценностям, – это «Майн кампф» просто. Гитлер говорил, что женщина должна состоять из трех «К»: кухня, дети, церковь…

– Что сейчас активно и насаждается, – добавляет Света.

– Любую семью, в которой родители целыми днями валяются пьяными, пытаются вытянуть, социальные службы не сразу используют крайние меры, – возмущается Аня, – а госпожа Мизулина хочет устроить «отобрание» детей у однополых родителей…
 

***

Санкт-Петербургская организация «Выход» с 2009 года проводит для однополых семей встречи со специалистами по репродукции, новогодние чаепития, юридические семинары и консультации психолога. По данным организации, за первые два года подобные мероприятия посетили 500 человек
 

Света и Аня говорят, что на самом деле никаких особых социальных препятствий в их жизни нет: соцслужба интересуется только тем, чтобы у ребенка была чистая одежда и еда, так что причин заходить к ним нет. Воспитательница в детском саду, классная руководительница – все сами быстро понимают состав этой необычной семьи и не имеют ничего против, не обращаются в органы опеки и не бьют тревогу. Света и Аня говорят, что это обычная ситуация – такие семьи не редкость. В Москве и Санкт-Петербурге проходят специальные семинары и тренинги для однополых семей, им оказывают юридические и психологические консультации. Если верить им, то эта теневая сторона жизни больше, чем кажется.

Санкт-Петербургская организация «Выход» с 2009 года проводит для однополых семей встречи со специалистами по репродукции, новогодние чаепития, юридические семинары и консультации психолога. По данным организации, за первые два года подобные мероприятия посетили 500 человек.

Обычно в таких родительских клубах обсуждают вопросы искусственного оплодотворения, враждебности мира по отношению к детям однополых родителей, ненависти общества к ЛГБТ и т.д. В социальных сетях несколько групп занимаются поддержкой и консультацией однополых семей и просто пар, там создаются базы вакансий для геев, назначаются места вечеринок и т.д. Стоит отметить, что интернет-сообщества для однополых родителей не очень активны и обычно не достигают и тысячи человек на весь многомиллионный «ВКонтакте».

Недавно ЛГБТ-организацию «Выход» суд признал иностранным агентом и обязал выплатить полмиллиона рублей.
 

***

Когда речь заходит о депутатских инициативах и опасениях, что однополая семья воспитывает обязательно гея, Света и Аня то и дело язвят, смеются и всячески показывают, что все это бред. Кажется, они не верят, что завтра к ним в дом вполне может постучаться казак с нагайкой и экспроприировать детей.

– У нас обеих были вполне традиционные гетеросексуальные семьи, – рассказывает Света. – Это к вопросу о том, что гетеросексуальные семьи дают положительный пример. В начале 90-х никто мне не рассказывал, как здорово быть в однополых отношениях. Я думаю, традиционные ценности вообще не зависят от ориентации: любовь, взаимоуважение, отсутствие скандалов, взаимовыручка, воспитание детей в духе самодостаточности и свободы самовыражения – это все ценности, не зависящие от ориентации. Если я учу человека переводить бабушек через дорогу – это в каком-то смысле традиционная ценность. И я не считаю, что это как-то зависит от состава нашей семьи.

– Вчера мы гуляли по магазину, и девчонки совершенно спокойно обсуждали, какие у них будут свадебные платья, когда они будут выходить замуж в абстрактном будущем, – добавляет Аня. – Они совершенно не собираются жить так, как живу я, просто потому, что я так живу.

– Младший мне недавно сказал, что у него есть любимая девочка, – продолжает Света, – зовут ее Ксюша. Показал он мне эту Ксюшу…

– Если все-таки представить, что депутаты придумывают новую поправку и технологию «отобрания» детей у однополых пар, что вы будете делать?

– Живыми не дадимся, нас физически придется уничтожить, – горячится Аня. – Вы что, думаете, мы их вот так построим в шеренгу, соберем им по котомке и отпустим?

– Ну а что остается?

– А у меня топор есть, – повышает голос Аня. Я представляю, как она берет своими довольно мощными руками топор и начинает рубить головы сотрудникам ОМОНа. – Почему я должна отдавать своих детей каким-то отморозкам?! СС тоже были представителями власти. Я физически буду уничтожать тех, кто придет за моими детьми.

– А эмигрировать вы не думали?

– Мы думаем, но у нас есть бабушка, которой почти 80 лет. Куда мы с ней? Но эмигрировать бы мы хотели. Не столько даже, потому что начинаются гонения геев – это верхушка айсберга. В стране ведь и так полно проблем. История с геями – это просто поиск общего врага, чтобы отвлечь внимание от реальных проблем.
 

***

Идем в детскую комнату. Сегодня самый младший ребенок семьи отправился в гости к своему отцу, а дома остались две старшие дочери Ани. Их комната – самая обычная детская с ковром, на котором нарисованы дороги, чтобы играть в машинки. Попугай в клетке, компьютер и плакаты на стене – самая обычная детская. С плакатов смотрят музыканты японской рок-группы Dir en grey с готичным макияжем и прическами персонажей из аниме. Обе девушки слегка смущаются, когда мы заходим к ним в комнату. Они в черных одеждах, с крашеными волосами и нестандартными прическами – с виду настоящие рокеры. Старшей сестре Тане – 16, она не очень разговорчива и тихонько сидит в кресле. За компьютером младшая Надя – ей 14. Она сидит, скрестив руки на груди, и довольно активно, хоть и с вызовом, отвечает на мои вопросы.

– Расскажите, какие у вас были ощущения от того, что ваша семья вдруг приобрела такую необычную форму?

– Мне было все равно, – задумчиво произносит Таня.

– По-новому, – задумчиво говорит Надя. – Нейтрально, наверное.

– То есть не «нравится», не «не нравится»?

– Обычно! Ну как это может нравиться или не нравиться? Это же все-таки мама.

– К 12–13 годам вы уже знали о существовании гомосексуальности?

– Я знала, мне было все равно, – говорит Надя. – Все-таки толерантность – главное.

– У нас не очень разговорчивые дети, – смущенно, но с гордостью говорит Аня.

– Интроверты, – поправляет маму Надя.

– Хорошо, а расскажите мне про школу, – пытаюсь разрядить неловкое молчание я. Сестры смеются и мотают головами. Эта тема им не очень нравится.

– Ну, в школе очень много… – начинает Таня.

– Органелл, – подхватывает Надя. – Учат хорошо, но окружение плохое.

– С ними скучно, – добавляет Таня.

– Но друзья-то у вас есть, – слегка настороженно спрашивает Аня.

– Друзья есть, – кивают сестры.
 

– Семейные ценности, – растягивает слова Надя. – Это как у них, – она показывает на свою маму и только что вошедшую в комнату Свету. – Они никогда не ругаются. Вообще ни разу не слышала, чтобы вы ругались
 

– Какие?

– Очень странные.

– Это какие?

– Не такие, как обычные люди!

– Ок, а вы странные?

– А как вы думаете? – ехидно спрашивает Надя. Я не знаю что ответить. В 16 лет у меня был пирсинг в губе, огромная дырка в ухе, и я так же неохотно общался со всякими надоедливыми взрослыми – что тут странного? Абсолютно обычные дети.

– Немного, – уклончиво отвечаю я. – А что ваши друзья думают о вашем составе семьи?

– А они знают об этом? – изображают удивление девушки. – Мы никому не говорили. Может, кто-то и догадывается, но им все равно.

– То есть с какой-то мелкой бытовой гомофобией по этому поводу вы не сталкивались?

– Они сталкивались с гомофобией в школе, – вмешивается Аня.

– В 10 классе есть мальчик, – нехотя начинает рассказывать Надя, – и все думают, что он… – Надя делает странное лицо и напевает какую-то песенку. – Гей. И, кажется, так и есть. Его избили, и очень сильно. Очень-очень сильно.

– А почему считают, что он гей?

– Потому что он так выглядит. Женственно.

– В школе среди подростков градус гомофобии высок?

– Там если не все, то 99 процентов – гомофобы, – презрительно говорит Надя.

– Расскажите, что такое семейные ценности? – я стараюсь как можно более нелепо задать какой-нибудь дурацкий вопрос, чтобы хоть как-то заинтересовать Надю и Таню, которым, кажется, уже надоело со мной говорить.

– Семейные ценности, – растягивает слова Надя. – Это как у них, – она показывает на свою маму и только что вошедшую в комнату Свету. – Они никогда не ругаются. Вообще ни разу не слышала, чтобы вы ругались.

– Доверие… – опять вклинивается в разговор Аня. – Недавно они мне рассказали, что познакомились с наркоманом! Ну, какой нормальный пятнадцатилетний подросток расскажет родителям, что познакомился с наркоманом?

– Он забавный! – неожиданно подает голос Таня.

– Как вы считаете, у вас обычная семья? – задаю очередной дурацкий вопрос я.

– Нет! А вы как считаете? – продолжает ехидничать Надя.

– Я вообще не знаю!

– Ну, конечно, нет. Когда мама и мама, а не мама и папа – это необычно. Сами посудите, нормальная семья – это мама, папа, бабушка, дедушка. А кода есть мама и подружка мамы – это необычно. Но необычно – это ведь не значит плохо. По-моему, все в порядке.

– Вы сильно страдаете от того, что я не мужик? – неожиданно спрашивает Света.

– Так ты не мужик?! – изображает прозрение Таня.

– И что ты чувствуешь после этого откровения? – подыгрывает Света.

– Знаешь, это как узнать, что крабовые палочки делаются не из крабов, а из рыбы… – глубокомысленно заключает Таня.

– Многие считают, что однополые родители самим фактом своего существования навязывают детям модель однополых отношений. Вы согласны?

– Нет! – в голос отвечают Таня и Надя.

– Разве у нормального человека появится желание стать таким, если он увидел вот такое вот. Это, как мама говорила, все равно что начать писать правой рукой, если ты левша. Никакая это не пропаганда, – возмущенно заключает Надя.
 

См. также:

Только нравственность, только хардкор. От чего нас стерегут неоконсерваторы и кто спасет нас от них самих

Самоцензура. Почему учитель Илья Колмановский решил не молчать

«Это не любовь». Как и зачем Виталий Милонов будит «морального Герцена»

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с rusrep.ru

2

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • rusrep.ru
          • домен rusrep.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции