html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Точка зрения | Будущее Российской академии наук

Мнения экспертов ПостНауки о перспективах развития Российской академии наук

ПостНаука запускает новый формат — «Точка зрения». Мы будем знакомить читателей с мнениями наших экспертов об актуальных проблемах образования и науки. В новом материале мы попросили участников проекта высказать свою точку зрения о будущем Российской академии наук, перспективах ее развития и реформах системы.

Константин Северинов

доктор биологических наук, заведующий лабораторией регуляции экспрессии генов элементов прокариот Института молекулярной генетики РАН, заведующий лабораторией молекулярной генетики микрорганизмов Института биологии гена РАН, профессор Университета Ратгерса (США), профессор института Сколково

Моя работа в институтах РАН началась в 2005 году после моего частичного возвращения из США и продолжается до сих пор. Я могу оценить ту эволюцию, которая произошла в этой организации с точки зрения заведующего довольно успешных в научном смысле лабораторий в двух академических институтах. Кроме того, я могу сравнить опыт работы в РАН с тем, как организована американская университетская наука, представителем которой я являюсь на протяжении более двадцати лет, а также с моими воспоминаниями об АН СССР, в системе которой я начинал свою научную карьеру в конце 80-х годов прошлого века. Мои ощущения сводятся к следующему: эта структура слишком иерархична и забюрократизирована, и собственно занятия наукой, получение нового знания вовсе не кажется мне основной целью ни РАН, как организации, ни большинства ее членов-академиков и сотрудников ее институтов. Количество пассионарных людей, увлеченных научными идеями, готовыми их обсуждать и претворять в жизнь, в РАН гораздо меньше, чем было в АН СССР. С другой стороны, хоть многие и склонны идеализировать советскую академию и науку в целом, я по-настоящему понял, что такое наука только когда в 1989 году, когда приехал выполнять дипломную работу в Бристольский университет. В институтах АН СССР заниматься наукой было неудобно и тяжело и в этом смысле ситуация в РАН осталась неизменной.

За последние 8 лет мои российские лаборатории сильно выросли, появилось много новых людей и тем. При этом финансирование от РАН упало с 4.5 до 3 миллионов рублей в год. Несмотря на это, бюджет лабораторий существенно вырос, просто мы «добираем» деньги не за счет РАН, а за счет грантов от государственных и частных научных фондов. Поддержка частных фондов, в первую очередь фонда «Династия» позволяет нам заниматься непрофильной для РАН деятельностью, и обучать молекулярной биологии школьников и учителей. Почти каждый сотрудник лаборатории имеет госконтракты от Министерства образования и науки или фонда Бортника. Несмотря на частые устные свидетельства об откатах и распилах при работе с этими структурами, получение «внеакадемической» поддержки ни разу не сопровождалось предложениями «делиться»; в среднем финансируется лишь каждая третья из поданых нашим коллективом заявок, что дает мне основание считать, что они подвергаются более-менее нормальной экспертизе.

Результатом всего этого является то, что академия для меня — это просто коробки зданий институтов, где находятся мои лаборатории. У меня возникают взаимодействия с администрацией по поводу приема молодых людей в аспирантуру под мое руководство, выделения комнат или проведения ремонта в уже существующих помещениях, писания отчетов и т.д. Кроме того, мы платим институту дань в размере 10-15% от средств, привлеченных нами для работы. В научном смысле моя лаборатория совершенно не зависит от институтского начальства и ее с легкостью можно «перевести» в любое другое место или структуру. С собственно академическим начальством мне, как завлабу, общаться совсем не приходится, да и незачем. Несмотря на то, что большая часть наших исследований осуществляется за счет сотрудничества с другими лабораториями, собственно в России таких сотрудничеств у нас практически нет. Зато у нас масса коллабораторов в странах Западной Европы, в США, Канаде и Японии. Ребят, которые приходят работать в лабораторию, привлекает не институт, а научные темы лаборатории или возможность работать под моим руководством. Лаборатория очень молодая; многие после защиты уезжают. Это и понятно, потому что остаться сложно: свободных ставок в лаборатории нет и не предвидится, организовать им свою независимую лабораторию или группу практически невозможно.

В принципе, я вполне доволен ситуацией, когда моя лаборатория остается островком относительной нормальности в безразличном и безликом академическом море, но можно ли считать ее нормальной для РАН, как институции? Мне кажется, ответ отрицательный. Академия, конечно же, должна играть активную роль в выявлении и определении стратегических направлений исследований и обеспечивать механизмы поддержки таких исследований. В будущем, Академия могла бы позиционировать себя как общество Макса Планка, гибко реорганизуя свои институты и меняя направления их исследований в зависимости от возникновения научных прорывов и, не побоюсь этого слова, моды в мировой науке. Для этого необходимо, чтобы во главе академических институтов стали появляться новые люди, ни в коем случае не выдвинутые научными коллективами институтов, а отобранные на открытых конкурсах на основании своих научных заслуг и стратегического видения развития области и института на 5-10 лет вперед. Такой директор должен быть, прежде всего, крупным ученым, а уже потом организатором науки и администратором. Он или она должен иметь возможность менять по своему усмотрению состав института, его лабораторий и тем исследований, но находиться у руля четко фиксированный срок. Интересно, что большинство существующих сильных институтов РАН когда-то как раз и создавалось под директоров-личностей. Просто это было очень давно и отцы-основатели или умерли или очень постарели, а существующие в Академии механизмы не смогли обеспечить достойной смены, гарантировав тем самым тот упадок, который мы имеем сегодня.

Павел Уваров

доктор исторических наук, член-корр РАН, заведующий отделом Западноевропейского Средневековья и раннего Нового времени Института всеобщей истории РАН.

Структуры РАН – это архаичные структуры. Они таковы не случайно, и в этой архаичности есть некоторая надежда. Российская академия наук была структурой императорской и не очень эффективной. Они устраивали экспедиции, и в неё входили уважаемые ученые. Потом грянула революция, университеты все позакрывали, а Академия наук осталась до 29-го года с прежним незыблемым уставом, с прежним руководством, только что называться стала она не императорской, а российской. Представьте: вокруг работают полным ходом колхозы, строится ГУЛАГ, а те академики, которые уехали из страны, так называемые белогвардейцы, все равно являются действительными членами Российской академии наук.

В 23-м году был Конгресс исторических наук в Брюсселе. Россия там не была представлена, поскольку ее не признавали тогда в большинстве стран, однако делегация Российской академии наук была. И только когда пошел год «Великого перелома» и началось Академическое дело, посадили и расстреляли некоторых академиков, и, в конце концов, все было сломано, произошла советизация Академии. Однако, даже в советизированном виде, она сохраняла свою достаточно автономную структуру. Эта структура соответствовала задачам сталинской науки, индустриализации, и поэтому стоявшие задачи решались достаточно эффективно.

При этом удивительным образом сохранялись свойственные РАН корпоративные черты.
Я приведу такой пример: когда академика Сахарова сослали в Нижний Новгород, было вынесено решение ЦК о том, чтобы у Сахарова отобрать звание академика (то есть сделать то, что сейчас хотят реализовать в законопроекте -возможность отобрать звание академика). Тогда, несмотря на то, что большинство членов РАН было партийными (это были, в том числе, и директора институтов, то есть люди вполне системные), они после внегласных обсуждений объяснили товарищам из ЦК, что это не пройдет, что это будет скандал, голосование закрытое, и против Сахарова не проголосуют. Почему? Конечно, из уважения к Андрею Дмитриевичу, но и главный момент – из уважения к статусу академика, которое не отчуждаемо, его не дает правительство и его нельзя отобрать.

Это очень важная вещь, хорошая или плохая, но она существует. Вся университетская и академическая система держится на присвоении ученым званий, «градусов», как говорили раньше. Сейчас это отменяется, и вводятся выборы – сложная непредсказуемая структура, которая в принципе абсолютно не соответствует той системе, которая существует у нас сейчас. Это выборы, в которых нет предрешенного результата. Они могут быть непрозрачными, недемократичными, они могут быть какие угодно, но это непредсказуемые выборы. Уже одного этого достаточно, чтобы Академию наук закрыть, разогнать. Это вполне понятно, это противоречие духу законов. Но история устроена так, что дух законов разный. Старые архаичные системы (те же самоуправления) будут страшно неэффективными, но они все-таки сосуществуют, и на гранях, на стыках что-то происходит. В рамках таких систем нельзя приказать: «Назначьте вот этого человека директором, потому что так нужно». Против него будут голосовать, и вдруг его там не выберут? Конечно, это власть не устраивает, но в этом есть некоторая ставка, игра и некий структурный смысл сохранения каких-то архаичных вещей.

Относительно того, насколько функциональна сегодняшняя система РАН: конечно, плохо функциональна. Поскольку любой директор института вам скажет, что с ней сделали в 90-е годы. И после этого говорить «вы неэффективны, вы мало пишите», когда сняли финансирование и вытолкнули на рубеж среднее поколение — это, мягко говоря, безнравственно. Нужно сказать «спасибо» всем тем, кто выстоял, не ушел, остался.

Как сделать лучше? Берлинский университет имени Гумбольдта был университетом, продвигавшим идею свободы преподавания и свободы обучения. Это великие принципы. Управлялись они имуществом, финансами, вопросы решались чиновниками Прусского правительства, которые были достаточно компетентными и умными.

Существует ли какая-то прозрачность сегодня в РАН? Наверное, да. Будет ли существовать прозрачность в будущем – я не знаю. Конечно, все нужно обновлять. Я бы вводил конкурсную систему, когда человек работает на основе контракта. В принципе то, что человек ходит на работу и получает деньги, а при этом может работать хорошо, а может и плохо – это, конечно, не дело. Я, например, в свой отдел не могу взять очень хороших людей хотя бы на время — нет ставок. Если у него есть контракт, я могу взять человека на два года, на год. Сделал проект — молодец, не сделал — ну извините, в следующий раз, может, получится. Это совершенно очевидные вещи.

Я работаю в гуманитарном институте, который почему-то считается одним из лучших, и мой отдел в этом институте тоже считается почему-то одним из лучших, но он, мягко говоря, далек от совершенства. И если это один из лучших, то покажите мне тогда худший. Но все-таки мы что-то делаем. Наверняка, это можно делать более эффективно. Но эта реформа так, как она задумана сейчас, на фоне провала всех остальных реформ (кроме, может быть, календарной) внушает, мягко говоря, опасения.

Валерий Рубаков

доктор физико-математических наук, академик РАН, заместитель директора Института ядерных исследований РАН

Если будет принят закон о РАН, проект которого предложен Правительством, то это будет разрушительным ударом по науке в стране. Напомню, что этот проект предполагает ликвидацию РАН и создание новой “РАН” с совершенно другими функциями, я такой “реформы” принять не могу и писать заявления о приеме в новую “РАН” не буду.

Давайте для этого разговора исходить из того, что разум преобладает и существующая Российская академия наук ликвидирована не будет. Все понимают, что в ней назрели серьезные преобразования, которые надо проводить на основе консенсуса между властью, руководством Академии и учеными всех рангов и возрастов. Думаю, что при умелом проведении этих преобразований у Академии есть будущее. Оно мне видится в нескольких направлениях:

1. В теснейшем сотрудничестве ученых Академии с университетами. Сейчас сотрудничество с университетами есть, но оно в основном носит характер личной инициативы. Мне думается, что нужно дать этому сотрудничеству новый мощный импульс, подкрепить его организационными решениями как в Академии, так и в самих университетах (непосредственно и через Минобрнауки), цель — каждый ученый должен преподавать. Каждый!

2. В существенном омоложении институтов РАН и остановке утечки мозгов. Надо сказать, что в этом направлении сделано и делается немало, и результаты есть, я это вижу по своему институту. Если раньше мы были рады каждому выпускнику, то сейчас проводим довольно жесткий отбор. Но все же условия для утечки мозгов сохраняются, хотя и не такие, как десяток лет назад. Главная проблема сейчас — не столько в зарплатах (хотя и их надо бы подтянуть с учетом инфляции), сколько в возможности работать на современном уровне. Это связано с 3-м пунктом.

Кроме того, на мой взгляд, нужно поставить жесткое возрастное ограничение для руководителей — от завлаба до директора и выше до президента РАН. Вводить его надо не спеша, но надо стремиться к тому, чтобы, скажем, через 5 лет руководителями были ученые не старше 70-ти. А в перспективе, возможно, и 67 лет. Наконец, нужно сделать возможным (а в перспективе — обязательным, начиная с какого-то возраста) выход на пенсию. Сейчас выйти на пенсию — значит, стать нищим. Замечу, кстати, что выход на пенсию не обязательно означает прекращение научной деятельности: в Германии, например, выходящий на пенсию ученый может получить статус emeritus, у него остается рабочее место, он может руководить аспирантами. Нам тоже надо продумать такой статус, и даже, возможно, не только для пенсионеров (когда еще проблема уровня пенсий будет решена), но и вообще для ученых старшего возраста. Надо продумать, какими правами эту категорию наделить, а какими — нет (скажем, оставить участие в Ученых Советах, но с совещательным голосом).

3. В обеспечении работы существующего оборудования и установок мирового уровня, в перевооружении институтов РАН современным оборудованием, реализации уникальных проектов. Я говорю здесь и о проектах mega-science, и — в большей мере — о проектах промежуточного, национального масштаба.
1) В развитии грантовой системы финансирования. Это, кажется, все понимают.
2) В интернационализации нашей науки. Сейчас есть довольно тесные контакты наших ученых с зарубежными коллегами, участие наших научных сотрудников в уникальных проектах за рубежом. Это надо поощрять, но я имею в виду другое. Надо стремиться к тому, чтобы к нам ехали на постоянную или, по крайней мере, длительную работу ученые из других стран, как состоявшиеся, так и молодые. На первых порах нужно ввести институт постдоков, открытый для всех молодых людей независимо от гражданства. Ко мне регулярно обращаются молодые люди из разных стран: “А как к вам на постдока заявку подать?” А я им: “В России постдоков нет.”

Со временем начать заполнять вакансии на основе конкурсов, открытых для всех претендентов независимо от гражданства. Для этого, конечно, и российская наука, и российские зарплаты, и Россия, как страна проживания и работы, должны быть привлекательны. Я оптимист: будут! И отчасти уже сейчас есть.

Конечно, временной масштаб здесь совершенно разный: что-то можно сделать прямо сейчас, а на что-то уйдут годы. И без денег ничего не получится. Надо все просчитать, обдумать, договориться. Но я уверен: при нормальном подходе и со стороны власти, и со стороны научного сообщества сделать можно все.

Михаил Данилов

доктор физико-математических наук, заместитель директора Института теоретической и экспериментальной физики, член-корреспондент РАН, лауреат международной премии Макса Планка и А.П. Карпинского

Предложенная реформа РАН является не реформой, а уничтожением. В проекте закона детально прописана процедура уничтожения, включая сроки работы ликвидационных комиссий. Подчеркнута возможность увольнения академиков из создаваемой «РАН» в кавычках. Конечно, это важно для установления вертикали власти. Ведь настоящая РАН несколько раз проявляла вольнодумство. А вот процедура управления институтами РАН лишь вскользь упомянута. Управлением займется какое-то непонятное агентство. Мой опыт работы с «эффективными менеджерами» подсказывает мне, чем это кончится. Даже если они будут заинтересованы в развитии науки, что кажется слишком оптимистичным предположением в нынешних условиях, все равно они уничтожат главное, на чем еще держится наука в России. Они уничтожат научную атмосферу в институтах, опутают ученых паутиной бюрократии, сделают их людьми второго сорта в научных институтах, что выразится и в соотношении зарплат ученых и менеджеров. А ведь именно научная атмосфера еще удерживает активных ученых в России, несмотря на нищенскую зарплату. Конечно, за последнее время зарплата ученых подросла, и доктор наук уже получает не меньше уборщицы в метро. Но до машиниста поезда доктору наук еще далеко.

Реальная реформа должна иметь целью достижение мирового уровня, как в организации науки, включая интеграцию науки и образования и экспертную оценку проектов, так и в оплате труда ученых. Для этого в первую очередь нужно резко, я бы сказал драматически, упростить бюрократические процедуры. Надо достичь состояния, когда позиции в российских институтах будут привлекательны не только для россиян, но и для иностранных ученых. Иначе поток нашей талантливой молодежи за границу не остановится, а средний уровень российских научных результатов не достигнет мирового уровня. Отдельные достижения мирового уровня у нас есть и сейчас. При реформировании нельзя слепо копировать зарубежный опыт. Исторически научные исследования в России сконцентрированы в научно-исследовательских институтах, а не в университетах. Поэтому одновременно с развитием научных исследований в университетах нужно развивать физтеховскую систему интеграции науки и образования в академические университеты. Например, в нашем институте на четырех базовых кафедрах МФТИ и МИФИ обучается более 100 студентов. Конечно, по числу студентов мы не можем сравниваться с ведущими университетами, но по качеству вполне можем конкурировать.

Вот такую реформу науки, которая может содержать и жесткие решения в отношении неэффективных организаций и отдельных ученых, я бы с удовольствием поддержал. А разрушение РАН мне кажется актом вандализма.

Михаил Гельфанд

доктор биологических наук, профессор, заместитель директора Института проблем передачи информации РАН, член Европейской Академии, лауреат премии им. А.А. Баева

Будущее РАН очень зависит, во-первых, от того, будет ли принят законопроект или нет, но, по-видимому, будет. Но в еще большей степени оно зависит от деталей выполнения этого законопроекта и поправок, которые в него, Бог даст, будут внесены, и всяких прочих деталей, которые сейчас в законопроекте просто не прописаны. Но в точке бифуркации бессмысленно разговаривать про будущее.

По поводу этого законопроекта много разных людей высказывали разные разумные точки зрения. Во-первых, не надо путать РАН как сообщество академиков – про них в законопроекте написано много – и РАН как консорциум научных институтов и людей, которые в них работают. Решать-то надо проблемы институтов и ученых. Я считаю, что вообще не надо было начинать с перепостроения Академии, а надо было начинать выстраивать хорошие механизмы экспертизы, грантовую систему, провести постепенный перенос финансирования со сметного на грантовое (там, где это работает), завести традицию гласного и подробного обсуждения мегапроектов. Есть еще один аспект, крайне существеный, который почему-то она во всех этих дискуссиях пропадает – речь надо вести о реформе всей системе организации науки, а не только академической ее части. Вот, например, есть замечательный Курчатовский институт – мне бы тоже очень хотелось, чтобы кто-нибудь померил его эффективность. Есть наука в университетах, где-то лучше, где-то хуже, но бюрократический бред, которым там опутаны исследователи, гораздо сильнее, чем в Академии.

Так что правильная формулировка вопроса была бы не про будущее РАН – это не очень интересно, а про будущее науки и людей, которые ею занимаются.

ПостНаука

редакция проекта ПостНаука

Все материалы автора

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с postnauka.ru

2

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • PostNauka
          • домен postnauka.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции