html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Ночью раздали «оскары». Награду в номинации «лучший фильм» получил фаворит Алексея Васильева «Арго». А «Любовь» Ханеке удовлетворилась «оскаром» как лучший иностранный фильм. Споры о картине до сих пор не утихают, и мы публикуем перевод нашумевшей статьи из Cahiers du Cinema.

Больно, больно, больно

Жан-Филипп Тессе

«Тот, кто не прольет слезу, смотря «Любовь», со всем основанием может быть назван дураком». Не без оснований я выпустил из рук «Либерасьон», читая эту фразу, которой начинается статья Жерара Лефора о фильме «Любовь», опубликованная на следующий день после каннского показа. Начиная текст подобной глупостью, Лефор присоединяется к закрытому клубу «Плачь или сдохни», состоявшему до сих пор из двух выдающихся режиссеров, которые похожим образом предостерегали нечестивцев от всякого сдерживания слез: Люку Бессону, высказавшемуся в связи с фильмом «Леди» («тот, кто не плачет, должен провериться») и Роз Бош, говорящей о непокорных, не принимавших ее фильм «Облава» как о «занудах, близких по духу Гитлеру». Трепещите, вы, чьи глаза остаются сухими! Вы, зануды, дураки, больные, нацисты, а зачастую и все это вместе! <...> Но, поскольку мои глаза не наполняются слезами, мне хотелось бы адресовать фильму один-единственный вопрос: «Любовь» — это фильм о любви или это фильм Ханеке?

Действительно, теоретически тяжело не растрогаться, глядя на последнюю одиссею любящих друг друга супругов Анны и Жоржа, которым предстоит встретить лицом к лицу физическую слабость, страдание и смерть как последнее и жестокое испытание любви, в их случае все-таки больше не нуждающейся ни в каких доказательствах. И поскольку эти пожилые возлюбленные с их мрачной решимостью, с их честностью, с их естественным эгоизмом вступают в битву и за себя самих, и за нас («Наконец фильм, достойный нас, то есть достойный человечества», — распаляется Лефор в своем ex-voto), нужно заслужить этот фильм, быть достойным покориться ему (в противном случае — порка: Cahiers было запрещено присутствовать на парижских пресс-показах по той причине, что недостаточно любили «Любовь» в Каннах). Сложить оружие (и отказаться от критики), но по самой прекрасной из возможных причин — во имя любви. И преклонить колено перед режиссером, который не преподносит нам ее завернутой в розовую бумагу, но показывает со всем тем ужасным, что она несет в себе. Не киношная любовь, а любовь настоящая. Настолько великая, что включает в себя все: боль, хрипы, оскорбления. Даже свою абсолютную противоположность — ненависть.

«Любовь». Реж. Михаэль Ханеке, 2012
«Любовь». Реж. Михаэль Ханеке, 2012

Актеры восхитительны, постановка великолепна — дело, стало быть, решенное: великий гуманистический фильм великого автора, который на склоне лет разоблачает новую чувствительность. Но что в действительности интересует нашего запоздалого гуманиста? Две вещи, как и во всех его фильмах: страх зрителя перед фильмом и перед собственными чувствами. Ханеке — режиссер критикующий, и это, конечно, большое достоинство: он выставляет напоказ спрятанное, разоблачает тайное, открывает скрытое. То, что зарождается глубоко внутри, кипит и вот-вот выплеснется наружу: влечение к смерти и распад человеческих отношений, притаившиеся под оболочкой обычной жизни простых австрийских обывателей (трилогия «эмоционального оледенения»: «Седьмой континент», «Видео Бенни», «71 фрагмент хронологической случайности»); извращенную привлекательность насилия («Забавные игры»); неврозы буржуазной элиты («Пианистка»); несправедливость колониальных отношений («Скрытое»); движение от протестантского ригоризма к протонацизму («Белая лента») и т.д. Никто не сможет поставить в упрек Ханеке выбранные им темы (очень сильные) или оспорить определенную смелость в их раскрытии, тем более не сможет (особенно здесь, в  Cahiers) упрекнуть его в том, что он задумывается о морали картины и о нравственности зрителя. А значит, нужно доверять Ханеке как критику. По-настоящему оскорбительным для него было бы избавить «Любовь» от критического изучения во имя эмоции, ведь именно на нее в первую очередь режиссер направляет свой скальпель.

После открывающих фильм кадров, которые демонстрируют нам пустую квартиру супругов, а потом — мертвую Анну на кровати, идет замечательный эпизод, флэшбэк, переводящий нас в настоящее истории, рассказанной в «Любви»: все начинается со сцены на концерте, мы видим публику, занимающую свои места, и среди сидящих в зале — Анна и Жорж, едва различимые среди множества людей (возможно, зритель заметит здесь прием, знакомый по книжкам «Где Уолли?»). Начиная с возвращения в квартиру (из нее мы больше не выйдем), мы становимся свидетелями будничной жизни этой пары преподавателей музыки на пенсии. Они занимаются обычными своими делами, но в этой будничности некоторые жесты и слова свидетельствуют о взаимной любви, прошедшей сквозь годы.

«Любовь». Реж. Михаэль Ханеке, 2012
«Любовь». Реж. Михаэль Ханеке, 2012

Определенные детали говорят также об усталости, о медленно тянущихся днях, о скуке, о материальных трудностях, которые со временем как будто подтачивают привычную жизнь. Эти моменты не преподносятся как пророческие знаки, но участвуют в воссоздании картины ничем не приукрашенной личной жизни. Это лучшая часть фильма: выполненная в строгих декорациях квартиры, она одновременно точна и полна сдержанного величия. Ханеке не рассказывает о жизни некой идеальной, придуманной пары. Он не разыгрывает карту мелодрамы, как это делает, например, Лео Маккэри в прекрасном фильме «Уступи место завтрашнему дню». Он пытается, скорее, вызвать эмоцию, резкую и тревожную, используя эффект тишины, удушающую атмосферу помещения, грубую тяжесть всего, что окружает героев.

Затем — неожиданно — история с краном. На кухне Анна открывает водопроводный кран и внезапно отключается, перестает реагировать на что бы то ни было. Жорж пытается привести ее в чувство, потом хватается за телефон. Шум льющейся за кадром воды заполняет звуковое пространство, а потом внезапно прекращается. Пауза. Возвращение на кухню: Анна пришла в себя, как будто ничего и не было. В этой важной сцене льющаяся вода противопоставлена внезапной обездвиженности Анны: текущая вода на какой-то момент как будто замещает течение жизни в теле и в квартире. Кран — хичкоковская деталь, которая захватывает нас и резко переводит во вторую часть фильма. Эта деталь выступает в качестве модели повествования, которое в дальнейшем будет продвигаться вперед не без насильственных действий: зрителя взяли за горло и назначили ему роль уже не сопереживающего немого спутника персонажей, но гораздо менее завидную — привязанного к стулу свидетеля, вынужденного терпеть все происходящее.

«Любовь». Реж. Михаэль Ханеке, 2012
«Любовь». Реж. Михаэль Ханеке, 2012

Анне становится все хуже и хуже. Один удар, а потом другой приводят к параличу, приковывают ее к постели. Она отказывается ложиться в больницу. Жорж, как любящий муж, принимает ее требование, потому что больница — это смерть еще до смерти. Но он примет не все и по мере того, как она теряет разум, начинает заговариваться, страдает, стонет, делает невыносимой жизнь мужа, превратившегося в сиделку, он выстраивает вокруг себя стену непримиримости, и фильм властно требует от своего зрителя, чтобы он без возражений принял все это за любовь. Когда мы любим, нужно любить вот так — до конца, до предела. Единственный образец любви — это сила, жесткая, ворчливая, добрая и чудовищная сила Жоржа. Все остальное — отвратительно и порочно (или — говоря языком Лефора — недостойно). Любовь дешевая, неполноценная.

Анна была красавицей, играла на фортепиано, теперь же она старуха, инфантильная и деспотичная. Ханеке удается вывести зрителя на свою обычную тему: невыносимость. В течение долгих минут Анна хрипит в постели: «Больно... больно... больно...». Жорж больше не может, мы больше не можем, а хрипы не прекращаются: «Больно... больно... больно...». Он хочет, чтобы она замолчала, мы хотим, чтобы она замолчала — «больно... больно... больно...» — замолчит она наконец? Сцена мучительная, тупиковая — «больно... больно... больно...» — как пытка хеви-металом, когда вы готовы согласиться на что угодно, лишь бы это прекратилось. И вот, когда Анна капризничает и Жорж дает ей пощечину — предполагается, что это мы управляем его рукой. И когда в момент передышки он прижимает к ее лицу подушку, это последний — всем приносящий облегчение — удар: Ханеке дает нам то, что мы хотели, — тишину. Он сталкивает друг с другом эмоции, чтобы скорее их уничтожить и чтобы уж наверняка добить своего зрителя.

«Любовь». Реж. Михаэль Ханеке, 2012
«Любовь». Реж. Михаэль Ханеке, 2012

Уточним: мы не обсуждаем здесь решение персонажа закончить все именно таким образом (равно как и не высказываемся за или против эвтаназии) — речь идет о том, как Ханеке использует в фильме этот жест и каким смыслом он его наполняет. «Добрые души» и фанатичные охотники за дураками скажут, что это любовная сцена — всё, точка. Сказать так — значит из любви к соглашательству и склонности ломиться в открытую дверь (трудно же не признать за Жоржем права прекратить столь сильные страдания) пренебречь неоднозначностью этого эпизода. Своей грубостью, внезапностью сцена намеренно ужасает: она происходит в один из редких моментов спокойствия, которому режиссер не дает закончиться, и снята она так, что это больше походит не на последнее объятие, а на самую настоящую казнь, уничтожение другого человека — чтобы заставить его замолчать. Эффект гарантирован: за несколько мгновений мы проходим путь от умиления к спазмам удушья. Ханеке играет на усилении и ослаблении напряжения: «Любовь» — «забавная игра», которая не называет своего имени. И разделяем мы или нет режиссерский замысел, мы можем только признать исключительную способность автора снимать насилие как молнию, как брызги грязи, которые вдруг вырываются фонтаном и покрывают вас, внезапно блокируя ваши мысли, лишая вас способности что-либо делать.

Ханеке беспокоится о морали, но находит ей не лучшее место (пример сцены со спущенными трусами в этом отношении необычайно показателен). Он отвергает все, что считает чувствительностью, потому что он плохо понимает чувства зрителя, которого он, как ревнитель нравственности, осуждает, не оставляя ему ни малейшего шанса. В действительности, по причине своей мизантропии, он представляет своего зрителя как некий застывший субстрат дурных страстей, который нельзя расшевелить, кроме как пуская в ход пощечины. Он представляет его как нечто монолитное, что-то вроде «мономорфного извращенца», подчиняющегося неизменным эмоциональным механизмам. Этого воображаемого зрителя он приводит к себе самому, чтобы исправить. Такова роль двух «невыгодных» персонажей — дочери и медсестры. Первая хочет быть полезной, доброй советчицей, она плачет (никто не плачет так гениально, как Изабель Юппер), а Жорж резко обрывает ее, и он прав, раскрывая то, что прячется за слезами: неуместную жалость. Вторая занимается Анной с унизительным и фальшивым профессиональным вниманием, обращается к ней как к слабоумной. Жорж отказывается от ее услуг, и, как всегда, с неизбежностью мы должны признать, что он прав: сцена позволяет зрителю радоваться, что он — зритель — таким образом, оказывается на стороне правды, пусть даже ценой оскорблений, которые медсестра бросает в лицо и герою, и ему самому.

Михаэль Ханеке получает «оскар» за фильм «Любовь» в номинации «лучший иностранный фильм», 2013
Михаэль Ханеке получает «оскар» за фильм «Любовь» в номинации «лучший иностранный фильм», 2013

Убийство Анны выполняет еще одну функцию, помимо управления зрительскими эмоциями с целью как можно успешнее их нейтрализовать. Эта пара — отнюдь не зря любящие музыку, образованные представители буржуазной элиты: Ханеке не прочь разоблачить то, что скрыто за жизнью пианистов, будь то в Париже или в Вене. Сцена с подушкой, снятая как избавление, освобождение и одновременно как казнь, позволяет ему протащить потихоньку, практически незаметно, знакомый разговор о движении к смерти (великой) (немецкой) культуры, разговор, который он выстраивает, акцентируя мотивы обездвиженности, статики, неизменности атрибутов крупной буржуазии (фортепиано, библиотека словно застыли навеки в своем тревожном классовом покое). Он делает это с серьезностью и с типичной уверенностью кинематографа QED («что и требовалось доказать»), замкнутый в своих убеждениях, неизменно радикально настроенный, но далекий от неутолимой и парадоксально жизнеутверждающей иронии своих соотечественников — Томаса Бернхарда и Эльфриды Елинек, прежних мастеров искусства критики по-австрийски. Ханеке удовлетворяется тем, что выплескивает молчаливый страх, притаившийся на книжных полках и среди дисков с Шубертом, в хитро снятом акте насилия и играет, как он всегда делал, на нечистой совести публики. Называя свой фильм — и это снова насилие — словом «любовь», он делает из него фильм монстров, но «монстров добрых», как Анна называет своего мужа, и не нужно быть великим диалектиком, чтобы догадаться, что добрые монстры — самые страшные. Когда мизантроп Ханеке протягивает вам одну руку, другой он дает вам пощечину. Это для вашего же блага: чтобы вы были достойны сопровождать его в охоте на чудовищ.

Перевод Екатерины Калининой

Cahiers du Cinema, ноябрь 2012, № 683

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с seance.ru

1

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • seance.ru
          • домен seance.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции