html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

«Чудовищной ненависти нет границ»: Игорь Минаев о своем фильме про Донбасс

В марте украинские кинематографисты Игорь Минаев и Юрий Леута презентовали фильм «Какофония Донбасса». Журналистка Катерина Яковленко и историк кино Станислав Мензелевский поговорили с ними о нынешней войне, советской пропаганде и эмиграции.

26 августа 2014 года бойцы ДНР приставили украинку Ирину Довгань к «позорному столбу». Прохожих призывали бить и унижать женщину за ее проукраинскую позицию. Этот образ ненависти и тирании облетел весь интернет и положил начало документальному фильму «Какофония Донбасса» украинского режиссера Игоря Минаева.

Минаев считает, что корни сегодняшних событий на Донбассе — в советском прошлом, в мифе о рабочем и о шахтере. Квинтэссенцией этого мифа стал снятый в 1931 году фильм Дзиги Вертова «Симфония Донбасса», которому Минаев отвечает.

«Какофония Донбасса» — фильм о пропаганде и ее влиянии на общество; о том, как менялась визуальная культура и какое место в ней занимали рабочие региона. Минаев опирается на архивные кадры, фильмы своих предшественников и даже на клип группы «Поющие трусы». Большую роль в подготовке и реализации картины сыграл продюсер Юрий Леута — он проводил архивную работу и поиск героев.

Премьера состоялась в рамках конкурсной программы Docudays UA 2018.

Игорь Минаев 64 года

Режиссер из Харькова, с 1988 года живет во Франции. Снял несколько художественных и документальных фильмов, ставил спектакли в парижских l’Auditorium Saint-Germain и Театре 13.

Юрий Леута

Украинский продюсер.

Почему вы решили работать в документальном жанре?

Минаев: Первый мой документальный фильм касался строительства московского метро. «Какофония Донбасса» — это продолжение той темы, которую я развивал ранее: советская мифология и внутри этой структуры — миф о рабочем классе. Вершина этого мифа, естественно, Донбасс — металлурги и донецкие шахтеры.

К тому же меня интересовали события, происходящие по сей день: когда стал разваливаться советский миф и к чему это все привело.

Желание снять фильм о Донбассе пришло уже после начала войны?

Минаев: Да. Одним из серьезных мотивов была история Ирины Довгань, которую мы нашли и с которой сделали интервью. Оно, честно скажу, превзошло все мои представления о том, что происходит в Донецке, — даже после того, как я читал все эти жуткие вещи. После интервью с ней мне было даже сложно говорить — настолько чудовищно то, что она рассказала.

После интервью с Ириной мне было сложно говорить — настолько чудовищно то, что она рассказала.
The-Cacophony-of-Donbass_04
Кадр из фильма «Какофония Донбасса»
The-Cacophony-of-Donbass_03
Кадр из фильма «Какофония Донбасса»

Фильм можно разделить на две части: в первой вы говорите о советском мифе с помощью архивных кадров; вторая состоит из интервью и видео из YouTube. История Ирины — одно из немногих интервью, которые вы используете. Чем обусловлено такое решение?

Минаев: Для меня этот фильм не разделяется на две части. Для меня нынешние события — это следствие того, что продолжается много лет.

Мы начали с самого главного мифа о Донбассе — с ленты Дзиги Вертова «Энтузиазм (Симфония Донбасса)». На этом все и построено. Когда нужно было поднять то, что было руиной, Вертову нужно было создать симфонию. И вот на той абсолютной лжи построили гигантское «здание». Но когда это все стало рушиться, вернулись к старому мифу. Это замкнутый круг. И если не выйти из него, все будет повторяться снова и снова.

Мне было важно показать истории людей, переживших последствия пропаганды. Это не только Ирина Довгань. Те люди, которых мы показываем, все пережили и переживают серьезные последствия войны. Это все пропущено через каждую клетку их существа. Сегодня это не выглядит как драма, рвущаяся на части, а выглядит как-то очень спокойно — мне кажется, что в этом есть сила.

Журналист Вячеслав Бондаренко после интервью, когда камера уже не работала, просил прощения за то, что заикался в кадре и забывал слова: он сказал, что после пыток у него «произошел разрыв серого вещества». Это — страшная реальность, которая существует. И о ней стоит говорить.

Во «второй части» возникает кадр, когда ездят машины с громкоговорителями. Они озвучивают обещания, впервые появившиеся много лет назад при СССР. Но на этот раз обещания имеют уже другую коннотацию, у них другая цель — всех разъединить.

Именно для того, чтобы были понятны свежие материалы, видео и контекст войны, мы использовали съемки, сделанные в разные годы в СССР. Не рассказать и не показать этого мы не могли.

Где вы искали материалы? Украинская архивная система — тоже советское наследие.

Минаев: Мы вместе с продюсером Юрой Леутой работали в Центральном государственном кинофотофоноархиве Украины имени Г. С. Пшеничного. Он очень хорошо организован.

Общая структура картины была придумана нами изначально. Но когда работаешь в архиве, возникают новые идеи. Ты смотришь сюжеты, они наталкивают на другие сюжеты и темы, и поиск происходит уже параллельно. Это как живая ткань — не отходя от общей канвы, мы начинали ткать. И наши размышления о Донбассе иллюстрируются теми кадрами, которые мы нашли.

Я учился в Киеве и видел здесь массу фильмов, которые мне помогли. Две замечательные картины подсказал Юра.

Леута: Когда мы подавались на питчинг в 2016 году, мне совершенно случайно в руки попала книга Довженко-Центра «Кинематографическая ревизия Донбасса». В ней шла речь только о художественных фильмах — не было репортажей и документальных картин, — но от ее предисловия у меня волосы стали дыбом. Ведь все, что было сказано там, резонировало с идеей нашего фильма.

Кое-что мы взяли оттуда, многие ленты пересматривали. Но, к сожалению, там, например, не было фильма «Июльские грозы» режиссеров Виктора Шкурина и Анатолия Карася (картина документирует масштабные шахтерские протесты 1989-го и их последствия. В 2017 году ее впервые за долгое время показали широкой публике. — Прим. авт.). Это потрясающий фильм, из которого мы многое взяли.

Минаев: Смотрели мы и ленты, снятые специально для министерств, — такой материал тоже вошел в наш фильм.

The-Cacophony-of-Donbass_07
Фото: Сергей Хандусенко

В книге Довженко-Центра есть статья японского историка Хироаки Куромии, для которого какофония — явление позитивное и даже мультикультурное. Вы используете это понятие в негативном контексте как контраргумент фильму Дзиги Вертова.

Минаев: Оппозиция Вертову — это самое главное. То, что сегодня происходит на Донбассе, — это полное разложение симфонии, о которой говорил Вертов. Ведь симфония строилась на вещах, к реальности не имеющих никакого отношения: была создана параллельная реальность.

Документальные фильмы, снятые до 1989 года, реальность не отражали никак. В этом большая проблема документального материала, и советского в целом. Люди могут петь и танцевать, надевать белые рубахи — но это то, какой хотели видеть ту реальность. Вся хроника постановочная. Наша задача — увидеть то, что было спрятано.

Картина Шкурина и Карася — это абсолютно другое. В ней вы впервые видите правду.

Ваша аудитория — зрители, знакомые с контекстом, или западные, опосредованно знающие ситуацию?

Минаев: Этого не сможет сказать никто и никогда — как повезет. Но мне было очень важно, чтобы фильм был понятен не только тем, кто живет в Украине, но и тем, кто не знает, что такое Донбасс и где он расположен. Мне хотелось, чтобы было понятно, что спрятано за феноменом «Донбасс».

Вы активно используете закадровый голос, фактически интерпретируя за зрителя. Эта практика довольно авторитарна.

Минаев: На эту тему можно говорить много. Однако для меня было важно показать этот материал именно так. Закадровый голос — это голос автора, и я полностью подписываюсь под тем, что озвучено в фильме. Если вы покажете сегодня эти сюжеты и не скажете о них то, что вы знаете, получится, что вы будете оправдывать их содержание.

Если вы покажете эти сюжеты без комментария, вы будете оправдывать их содержание.
The-Cacophony-of-Donbass_01
Кадр из фильма «Какофония Донбасса»

Можно ли ваш фильм рассматривать как патриотическое кино, которое создает новые мифы?

Минаев: Я бы больше всего хотел, чтобы моя картина не стала таковой и не стала началом нового фильма о Донбассе. Потому что система и мифология совершенно чудовищны. Когда они возникают, вы должны апеллировать символами и условными фигурами, а не реальностью.

Ваши ранние фильмы были запрещены и не допущены в прокат той же системой. Что вы тогда ощущали, как искали выход?

Минаев: Переживал я это тяжело. Когда вы снимаете полнометражную картину и ее закрывают, она ложится на полку — вы режиссер и герой. Меня же «закрыли», когда я снял короткометражную картину, и это закончилось большим скандалом. Я был никто, это был даже не фильм-дебют.

Чтобы с этим бороться, нужно было снять много короткометражек, чтобы получить первый полнометражный фильм. Но и это было непросто. Когда я снимал «Холодный март», тогдашний директор Одесской киностудии открыто сказал: либо ты снимаешь эту картину, либо не будешь работать никогда.

Я взялся за фильм, переписал сценарий от начала до конца, и он прошел. Когда показывал эту картину в Одессе после премьеры (в 1987-м. — Прим. ред.), то кто-то из редакторов мне сказал, что еще год назад такую ленту не просто закрыли бы, а порезали вдоль перфорации. Но то была перестройка — немыслимый момент, свобода впервые за всю историю Советского Союза.

О поколении украинских режиссеров, начавших снимать в конце 1980-х — начале 1990-х, говорят как об утраченном поколении: для многих первые фильмы становились последними. Вас эта участь миновала.

Минаев: Когда вам двадцать с чем-то лет, вы понимаете, что вся жизнь впереди. Не сегодня, так завтра вы сделаете то, что хотите.

Когда я снимал «Холодный март», у меня в кармане уже лежал билет. В январе 1988 года я уехал.

Все стало меняться быстро, начиная с 1989-го, когда рухнула Берлинская стена. Моя полнометражная картина была очень хорошо принята повсюду. Мне стали говорить: ну что ты, где ты, как ты? Но в своей голове я уже уехал далеко.

Насколько существенными были отличия двух киноиндустрий — советской и французской?

Минаев: Все было другое. Я привык к тому, что есть система больших студий — это как большой завод, на котором много людей, которые выполняют свою работу: операторы, художники. В Париже вы приходите в такую маленькую комнатку, которая называется студией, там сидит продюсер. Я первое время не мог понять, правда это или нет — фокус какой-то.

В Париже вы приходите в такую маленькую комнатку, которая называется студией.

Не могу не спросить вас о работе с одной из лучших европейских актрис Изабель Юппер — в фильме «Наводнение» (1993). Насколько вам было комфортно работать друг с другом?

Минаев: Я не знаю, как по части комфорта, но хорошие отношения у нас сохранились и по сей день. Это была совершенно прекрасная работа. Изабель Юппер — великая актриса.

С актерами такого масштаба работать всегда неожиданно. Потому что вроде бы вы все знаете и все сделано, но по команде «Мотор!» вдруг случается что-то, что выходит за рамки ваших ожиданий. Было удивительно видеть, что происходит с Юппер во время съемок. Это что-то волшебное.

The-Cacophony-of-Donbass_05
Фото: Сергей Хандусенко

Вернемся к фильму о Донбассе. Он начинается и заканчивается планами надвигающихся облаков. Насколько этот жест политический?

Минаев: Это не политический жест. Это начинается высоко в небесах и заканчивается высоко в небесах. Как сказано в финале картины, насилие выходит за рамки Донбасса. Речь идет о том, что люди не могут и не хотят договориться друг с другом. Это проблема чудовищной ненависти, которой нет границ. Сегодня это происходит на Донбассе, завтра в Сирии или еще где-то.

Как влияло на работу над фильмом понимание того, что война продолжается?

Минаев: Мы все-таки делали картину о пропаганде, это главная линия фильма. И как эта пропаганда спровоцировала войну, как она захватывала территорию.

Что важного происходит с украинским кино сейчас?

Минаев: То, что сегодня существует государственная поддержка кино, — это самое главное. Без этого киноиндустрия не может существовать. Она должна работать в жанровом разнообразии и затрагивать все темы.

Важно, чтобы система производства картин была связана с прокатом. Потому что когда картины появляются, а потом исчезают и лежат в каких-то ящиках или на полках, это ненормально.

Фильмы снимают для того, чтобы их видели люди. Каждая картина, которую не увидели, — катастрофа для ее авторов.

Фото на обложке: Сергей Хандусенко
Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с birdinflight.com

1

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • birdinflight.com
          • донбасс
          • метро
          • сирия
          • Киев
          • война
          • донецк
          • катастрофы
          • билет
          • домен birdinflight.com

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции