html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Александр Морозов — Владимир Пастухов. Переписка из двух углов. Март

COLTA.RU начинает новый проект. В конце каждого месяца два политолога — АЛЕКСАНДР МОРОЗОВ из Москвы и ВЛАДИМИР ПАСТУХОВ из Лондона — будут интерпретировать в эпистолярной форме запутанную и туманную политическую жизнь страны при третьем Путине

© Colta.ru

 
Письмо из Москвы, первое. Морозов — Пастухову

16 марта

В., добрый день! Сейчас середина марта, давай обсудим, что у нас здесь происходит. Думаю, мы видим одни и те же детали ландшафта. По-моему, Путин в трудном положении. Он пытается совместить в одном «политическом курсе» три линии: разгром оппозиции, репрессии против собственной элиты и непопулярные социальные реформы. Не помню случая из политической истории, чтобы кому удавалось после 12 лет правления с успехом осуществить эту схему «снотворное и слабительное одновременно». Он открывает все «ящики Пандоры» одновременно. Каждый день новости из Следственного комитета. Только в марте — обыски в «Сколково» , Сердюков продал участок побережья Финского залива Дерипаске, депутаты и сенаторы загрустили, их трясут на предмет офшоров и недвижимости (Пехтин, Малкин и др.), аресты в руководстве Таможенной службы. Каждый день в первой половине месяца сообщения о делах по хищениям в ЖКХ — по всей стране. СК веерно возбуждает дела.

При этом Бастрыкин только что выступил с «идеями». Требует себе новых полномочий. Маркин в «Известиях» говорит угрожающим тоном. Короче, СК продолжает набухать. Бастрыкин хочет оказаться Ланцелотом, победившим Дракона. Когда «ящик Пандоры» закроют, окажется, что именно люди Следственного комитета — самые верные путинцы. Им и кадровые бонусы. «Питерские юристы» у Путина кончились, и новые герои, из которых наше «Политбюро» будет рекрутировать гражданских начальников, — это парни из СК, получившие медали за борьбу с Драконом. А это страшновато. Поскольку правовое и политическое самосознание у этих парней из СК еще хуже, чем у питерских юристов. Это просто «бей-колоти».

Медиаменеджеры говорят своим: «Хватит уже демшизы!»

Оппозицию доедают. В марте Удальцов сидит дома на цепи, Развозжаева где-то держали, не найдешь где. Гудкова выгнали. Пономарева вот-вот. И вроде бы СК собирается расширять «Болотное дело». Скоро год, как они «расследуют», никак не могут сшить дело о «государственной измене». Они опросили 1500 свидетелей, суды продлевают сроки в СИЗО первым арестованным. А на подходе «второй список».

СМИ тоже тихо доедают под лозунгом «Фитилек прикрути, коптит». Медиаменеджеры говорят своим: «Хватит уже демшизы!» И потихоньку «климатические перемены» в медиа делаются все заметнее. План выбить остатки «московского протеста — 2012» из медиа реализуется. Политических колумнистов в «Газете» убрали. Костю Эггерта — а он был последним и самым звонким колумнистом «Коммерсантъ-ФМ» — решили занять руководящей работой, чтобы не было времени на пламенные тексты. «Русская жизнь» — с фирменным «неоптимистическим взглядом» на «неразрешимые противоречия» — закрылась, инвестор испугался. Да, тут и не различишь политическое давление и коммерческий интерес. Вдруг все стройно двинулись в безобидную желтизну. Она и так нарастала в последние годы, а тут уже даже «Полит.ру» провел ребрендинг и резко «повеселел». То же самое с «верхней частью» фронды. Володинцы теперь снимают для Путина какое-то politmovie, где мочат Будберга, Тимакову, Дворковича, да и Медведева. Из-за чего непрерывно ширятся слухи, что Медведев и правительство вот-вот поедут в отставку.

«Политическая воля» изливается сверху вниз бурным потоком инициатив, смывая остатки институций.

При этом еще и каждый день производятся какие-то «структурные разрушения»: крушат ВАК, диссертации липовые. Школы укрупняют. Какие-то дружинники на улицах будут взимать штрафы. В кинотеатры приходят какие-то проверяющие, выискивают в зале подростков (соблюдается ли режим 16+).

Не очень понятно, с какого конца Путин хочет выйти из этой ситуации. Путин смело накапливает антибонусы, сознательно идя на понижение рейтинга. Но идея о том, что он глубже заныривает вниз, чтобы мощнее оттолкнуться ногой от дна, выглядит сегодня слишком конспирологично. На кого же он обопрется после арестов, чисток и вынужденных эмиграций? На «патриотических» бизнесменов (без офшоров), на бедных, как францисканцы, депутатов (без особняков в Майами), на бескорыстных силовиков (без любовниц)? И даже — как предполагает социолог Бадовский — на правильную патриотическую либеральную оппозицию (?!), поскольку, как он пишет, к 2016—2018 гг. вот эта лежащая в жиже политическая система как-то добредет до двухпартийности по американскому образцу... Все это трудно себе представить.

Институции-то и прежде у нас были слабые. Но с третьим сроком — вот уже год — мы вступили на какой-то совсем уже странный участок маршрута. Все институции поблекли, осталась одна «политическая воля». Прежде хотя бы обсуждалось будущее этих слабых институций. И правительственные советники на экономических форумах твердо говорили, что их надо развивать. А сейчас просто «политическая воля» изливается сверху вниз бурным потоком непрерывных законодательных и моральных инициатив, смывая остатки институций. Как будет выглядеть пейзаж после этого селя?!

Напиши, что там говорят про наш маршрут умные британские люди? Я имею в виду тех, кто понимает в эволюциях политических систем. Были какие-то интересные публикации?

А.М.

 
Письмо из Лондона, первое. Пастухов — Морозову

16 марта

Александр, в Лондоне субботнее утро, за окном дождь с ветром, по Первому каналу российского телевидения показывают фильм-катастрофу об эвакуации с Земли, это мешает есть овсянку, хочется переключиться на BBС. Впрочем, тема эвакуации отсюда видится весьма актуальной, многие из тех, кто смотрит российское телевидение в Лондоне, уже прошли первый тренировочный курс...

Вся проблема в том и состоит, что отсюда уже никакой политический ландшафт рассмотреть практически невозможно. Куда ни глянь — всюду один Путин, он закрывает собой все политическое пространство, так что создается полное впечатление, что кроме него ничего нет — он и есть ландшафт. В медийном поле между собой борются коллективный мистер «Пропутин» и такой же коллективный мистер «Контрапутин». Хочу взять все-таки под защиту Диму Ицковича и «Полит.ру», автором которого много лет являюсь, — они не повеселели, просто им хочется как-то выкарабкаться из-под ковра, на котором два вышеуказанных господина толкаются, изображая борьбу нанайских мальчиков.

Никакой политический ландшафт рассмотреть невозможно. Куда ни глянь — всюду один Путин.

В целом проблема состоит в том, что Путин на самом-то деле ничем и никем не руководит. У меня сложилось стойкое впечатление, что он безумно устал, что он давно плывет по течению, что это всего лишь бренд, которым обозначают некое «сетевое сообщество» суетящихся личностей, где управляют все сразу, а значит — никто. Все его политические инициативы страшно напоминают задумки идеологического отдела ЦК КПСС, просто у многих людей очень короткая память, а молодежь не знает о том времени толком ничего. Впрочем, мой сын, приезжая домой из университета, развлекается тем, что смотрит по каналу «Ностальгия» программу «Время» тридцатилетней давности. Я думаю, что вообще в работе Володина есть серьезные упущения — «Ностальгия», безусловно, является самой подрывной программой на сегодняшнем российском телевидении.

Путин, безусловно, неглуп. У него есть интуиция и народная смекалка. Надо быть совершенным безумцем, чтобы не понимать, что коррумпированность чиновников — это сегодня оголенный политический нерв. Ведь пока никаких других серьезных проблем у него и нет. Когда-то Карлейль писал, что ни один режим в мире не рухнул бы, если бы в кладовых дворца лежал фортунатов мешок (европейский фольклорный аналог скатерти-самобранки). Ну так у Кремля он есть, и он черпает из него полной ложкой, так что и по усам течет, и даже кое-что в рот попадает. То есть народ в меру сыт, в меру этой сытостью развращен и в целом поэтому спокоен. Одна проблема — есть все-таки не добитая до конца совесть и некоторое чувство гнетущей социальной несправедливости. Этот атавизм и создает некоторые политические проблемы. Со стороны кажется, что коррупция — это единственная актуальная и реальная политическая проблема для Путина. Но не потому, что она его беспокоит, а потому, что народ все-таки как-то на это реагирует, и тут скрыта какая-то угроза стабильности, которую он ощущает. Поэтому и единственная на сегодня политическая программа, которая реализуется, — это демонстрация борьбы с коррупцией (так же как единственная на сегодня экономическая программа — нефте- и газодобыча). Все остальное делается по инерции, в том числе по инерции верстаются безумные с экономической точки зрения социальные проекты и прессуется оппозиция.

Но борьба с коррупцией — это сплошная имитация. Ключевая проблема состоит в том, что Путин хочет запретить среднему и нижнему уровню бюрократии делать то, что позволяет делать себе и своему ближайшему окружению. Это невозможно, потому что в российской политике повсюду сообщающиеся сосуды, все связаны друг с другом и все перетекает из одного кармана в другой. Поэтому весь март, как и весь февраль, январь и так далее, мы смотрим по телевизору «трэш», фантазию о том, как Путин борется со своей элитой. Ни с кем он на самом деле не борется. Если бы боролся, начал бы с дела Магнитского — это теперь для него «лакмусовая бумажка» на всю жизнь. И в этом смысле именно март очень показателен, потому что в марте как раз начался давно заявленный посмертный процесс над Магнитским и тут же прошла выдающаяся даже по нынешним масштабам кампания на телевидении.

В целом мне кажется, что Путин — это какой-то «мистер Фейк». Он великий мастер имитаций, постановок, шоу. Управление страной становится все более драматическим. Это шоу-политика, в которой главные роли принадлежат show boys вроде Астахова — еще одного героя марта. Путин — великий и ужасный мистификатор зла, настоящий «волшебник нефтяного города». Мне кажется, что его демонизация только вредит делу, мешает воспринимать вещи такими, какие они есть. Сидя здесь, в Лондоне, я как раз пытаюсь продраться «за Путина», отодвинуть его в сторону и понять: а со страной-то что на самом деле происходит? Там идут какие-то важные процессы, что-то утробно урчит внутри, клацают какие-то челюсти, но мы отсюда этого пока не видим, потому что куда ни глянь — всюду Путин. Путина стало много, слишком много. Но не в политике, а в нашем сознании. Пора освобождаться от наваждения, все-таки начинается весна (хотя даже в Лондоне, как и в Москве, в это трудно поверить, глядя в окошко, — выходить сегодня из «пещеры» совершенно не хочется).

В общем, я лично жду, пока снег сойдет, появится земля под ногами, и тогда станет ясно, что там из нее проросло — сорняк или подснежники. А что думают британцы — отдельная тема для апреля. Не так далеко от нас ушли, как может показаться.

С уважением, В.П.

 
Письмо из Москвы, второе. Морозов — Пастухову

30 марта

Зима кончилась, а у нас продолжается бурная «общественная жизнь». Понимаешь, тут есть какой-то парадокс: с одной стороны, идут репрессии. А с другой, бойкость публичной политики уже «украинская». В России такого не было все нулевые годы. Как ни смотри, а это расцвет «публичного пространства». Если посмотреть через оптику политической истории, вот что попадет в хронику второй половины марта: публичный конфликт Госдумы с «Московским комсомольцем». А он кончился тем, что заседание московской организации давно уснувшего Союза журналистов прошло с большим подъемом. В Екатеринбурге преследуют Аксану Панову — более 2000 журналистов подписались под открытым письмом в ее защиту. На днях начался процесс «Фонд храма Христа Спасителя против Николая Ашманова», это дело о свободе высказывания. Агентство РАПСИ ведет оттуда трансляцию. У многих есть ощущение, что инвесторы как-то сворачивают политическую тему в СМИ. А с другой-то стороны: Парфенов начал новую программу на «Дожде». Весь март на разные лады шло публичное избиение «Единой России».

Продолжается кристаллизация «гражданского общества».

Или вот — яркий пример «публичности». Путин вдруг заявил про то, что надо делать новый, «непротиворечивый», учебник истории для школьников. Казалось бы: должна пойти серия высказываний «кремлевских экспертов» с воплями «о, да!». Но этого нет. Мне позвонила Ира Ясина, прочитав мой текст, и говорит: да, надо какую-то общественную кампанию организовать против этого безумия. Не прошло и трех дней, как вдруг читаю: Фурсенко — а он теперь помощник президента — публично заявил в Ростове, что единый учебник не нужен, а нужны серия учебников и конкурс. То есть это все говорит о том, что у нас как бы «открытая политика». Прокуратура — с позором на весь мир — в марте выполняет наказ Путина о поиске «иностранных агентов». К 29 марта — вот список опубликован — трясут в столицах и провинции: наехали на 100 (!) НКО. Кстати. Список поражает воображение. Но это все обсуждается, об этом пишут, возмущаются.

Конечно, многие пишут, что в этом есть дьявольский замысел: «открытая политика» призвана показать, какие мы тупые, базарные люди. То есть замысел в том, что мы должны увидеть в этой публичной дискуссии самих себя и содрогнуться от нашего несовершенства. А стало быть, и снова вручить себя верховной власти. Но, конечно, такого замысла нет.

А что есть? Видимо, есть «зреющие субъекты». С одной стороны, продолжается какая-то кристаллизация «гражданского общества» (словосочетание отвратительное, но употребим для простоты). Ну или, во всяком случае, это рождение «новой публики из духа протеста». Это по аналогии с публикой парижских кофеен XVIII века, описанной Роже Шартье в исследованиях о начале Нового времени. С другой стороны, у нас тут, как Венера из пены, во всей красе поднимается Следственный комитет. С третьей стороны, как говорят, день за днем углубляется конфликт между Путиным и Медведевым. Два «аппарата» тоже выступают какими-то «субъектами». Битва идет между ними. В марте удивительный по наглости видеоролик путинцы запустили против Медведева—Дворковича. А Дворкович вдруг недавно публично заявил, что полправительства было против «закона Димы Яковлева». А чего стоит фантасмагорическое заявление Пескова о том, что он «видел» скорбное письмо Березовского Путину, хотя и «не читал». (Ты, кстати, очень точно сразу написал об этом в «Полит.ру».) Это настолько провальная отмазка, что начинаешь такие заявления тоже видеть как бы в свете «публичной политики»: вот, пресс-секретарь главы государства залепил какую-то ересь. Ее даже невозможно встроить в какую-то разумную линию реакции Кремля.

И вот это все плодится каждый день. Вот что это такое? Как думаешь? Одни, как я вижу, думают, что этот хаос ведет нас неуклонно к «голове Гонгадзе». То есть это не «публичная жизнь», а просто опасная хаотизация в пользу «условного Бастрыкина». Который однажды «неудачно» вывез в лес журналиста Соколова, но затаил после этого недобрую мысль на следующем витке затопить этих «соколовых» целой баржей посередине Волги. Другие, как, видимо, Дм. Быков в последней колонке на «Эхе», думают, что тут есть «публичная политика»: исход «Болотного дела» не предрешен, вокруг него идет борьба. Эта борьба идет не только в сетях, в кофейнях, в газетах, но и где-то там в госаппаратах... Понимаешь, такое «пробуждение публичного» имеет свою логику, историкам политики она известна. Даже если одновременно централистская власть усиливает полицейский контроль и строит коварные «азефовские» схемы — это никогда не приводит к укреплению власти. Это ее ослабляет. Конечно, главной проблемой остается то, куда движется это «новое публичное пространство». Антикоррупционная кампания работает против власти, она не набирает на ней бонусов. Наоборот, о том, о чем говорили в кофейнях, теперь говорят и в шахтах. Это ведь «путинские друзья» проворовались...

 
Письмо из Лондона, второе. Пастухов — Морозову

31 марта

Знаешь, расстояние все-таки имеет значение. Отсюда ощутить «мелкую вибрацию», о которой ты пишешь, практически невозможно. В этом и есть прелесть непосредственного восприятия ситуации «изнутри», которой я сейчас лишен. Все эти толки и перетолки, бури в стакане и тайфуны в кастрюле, все то, что задает «ежедневное настроение», — а это важнейший показатель состояния политической жизни — все это здесь недоступно. Сюда, «на остров», сигнал доходит как от далекой звезды. Все лишнее отпадает в пути, и видны только выбросы политических протуберанцев. Пока я жил в России, я тоже воспринимал политическую реальность «импрессионистски», в каком-то вечно чуть смазанном движении. Теперь я ее воспринимаю резко, как Малевич, — сплошные «Черные кресты» на «Белом квадрате».

Три события определяют мое восприятие России во второй половине марта, и все три — очень однотипные. Во-первых, это смерть Березовского. Во-вторых, это начало посмертного судебного процесса над Магнитским. И в-третьих, это прекращение расследования его же смерти. Второе и третье можно объединить для удобства.

Смерть Березовского показала, насколько российское общество нравственно больное. Я Березовского не знал, более того, всегда относился к нему с какой-то настороженностью и опаской. Но та вакханалия, которая началась в прессе после его смерти, показывает, что «гниль» чрезвычайно остро востребована, что у людей уже выработался условный рефлекс на падаль, что трагедия является лишь поводом для выброса адреналина. Это очень опасно, потому что это индикатор готовности общества «принять» гораздо более высокий и брутальный уровень репрессий, чем тот, который мы наблюдаем.

Люди «заводятся» на трагедии, на смерти, на обсуждении деталей страданий. Это отбрасывает память к самым худшим периодам русской истории, когда она «велась» буквально «на запах крови». То есть меня не столько смерть Березовского как таковая задела, сколько то, что Петровская очень метко в «Новой газете» назвала «плясками». О самом событии рассуждать бессмысленно, нет никакой позитивной информации для предположений, есть лишь почва для спекуляций, а их и так было достаточно.

Все, что происходит с делом Магнитского, говорит о том же — утеряно ощущение реальности. Кафка как бы становится в принципе возможным. Пока в малом, пока в частности, в отношении мало кому знакомых и еще менее симпатичных (с точки зрения массового обывателя) личностей. Но Рубикон уже перейден. А если мы находимся за границей рационального, то ничего нельзя исключать в принципе. Там, где есть Кафка, не действуют даже законы земного притяжения, а не то что Уголовный кодекс.

Нужен аскетизм — и духовный, и материальный.

Понятно, что такое восприятие действительности, основанное только на материалах изучения «крупных астероидов», долетевших до меня с Родины, резко контрастирует с твоим энергичным восприятием живого движения и поэтому является односторонним. Но тем не менее именно оно задает ракурс восприятия мною общих тенденций. В том числе и тенденций развития публичного пространства. То оживление, которое ты наблюдаешь, может быть ведь истолковано двояко: и как активизация в связи с расширением, и как болезненная реакция на сужение. Так сказать, больной перед смертью потел...

Вот журналистское сообщество задергалось в связи с тем, что грубо одернули одного из его столпов. И не просто кого-нибудь, а последнего из могикан-лоялистов старого закала. То есть тех, кто поддерживал власть практически во всем и везде, шел в общем и целом в заданном русле, но при этом сохранял достоинство и периодически демонстрировал готовность к фронде. И тут вдруг выяснилось, что подросли «швондеры», которым мало лояльности. Нужны беспрекословное подчинение и чтоб никакого достоинства. Естественно, что когда режут по живому, то люди кричат от боли. Но покричат, покричат и привыкнут. Скорее всего Гусеву отомстят по-взрослому, то есть не сразу и обязательно асимметрично, по совершенно другому поводу. И хватит ли тогда «запала» у журналистского сообщества?

Что касается внешних проявлений «активности», то я бы предпочел заменить кофейни на что-то более суровое — вроде комнаты с доской и письменным столом, где не болтают о конституции, а пишут ее. Мне инстинктивно кажется, что чеховское «работать надо» приобретает какую-то «вторичную актуальность» для России. Очень много людей, готовых играть в революцию, конституцию и тому подобное (не буду углубляться). А нужен Савонарола (образ, навеянный разговорами с Андреем Сергеевичем Кончаловским).

Нужен аскетизм — и духовный, и материальный. Нужна новая этика, какая-то другая требовательность к себе (я здесь себя от русского общества не отделяю — я такой же, как и все остальные, осколок своего века). Граница между «они» и «мы» должна быть не политической, а этической. Тогда, может быть, и все остальное начнет складываться. Если бы все дело было только в Путине и его друзьях, я думаю, что мы бы до этой печальной точки не дошли. Тормознули бы их где-то на полпути. Но дело не только в них. Согласись, пассивность большой части среднего класса объясняется в том числе и сомнениями людей в том, что лидеры оппозиции, заняв места во власти, будут чем-то существенно отличаться от тех, кто эти места там уже занимает. И для такого скептицизма, увы, есть зачастую основания.

Март что в Лондоне, что в Москве выдался на удивление холодным. Может быть, поэтому и мысли такие, нетеплые. Все-таки впереди апрель, есть надежда на оттепель. Куда ж без нее...


Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с colta.ru

1

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • colta
          • домен colta.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции