html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Мой сын был наркоманом

СВЕТЛАНА РЕЙТЕР поговорила с женщиной, у которой сын умер от героина и «винта»

Наталья МАЙДАН, 57 лет, гостиничный администратор

Сына моего звали Дмитрием. С детства он был мальчишкой интересным и необычным. Ходили с ним в походы, прошли все реки на байдарках. Смотрите, вот этот бородатый человек на фотографии — мой второй муж, Боря. С ним связаны самые счастливые годы моей жизни, вот только как Димка колоться начал, муж Боря от меня ушел. Не выдержал: «Ты мать, ты можешь жить в этом дерьме, а я — нет».

Но это я вперед перескакиваю, простите.

С первым мужем, биологическим отцом Димы, Сергеем Майданом, мы учились в одной школе — с первого класса и до последнего. Он был самым красивым мальчишкой в классе, я тоже была не последней красавицей. Случилась любовь, и как-то так все хорошо пошло, что мы поженились, стали вместе жить.

А потом Сережа попивать начал, и как мы жили тогда, я толком и не помню, но есть стержневые моменты: он сидит пьяный в туалете, спит, и добудиться его невозможно. Или — руку на меня поднял, избивать начал, а Димка маленький с ангиной лежит. В общем, расстались мы с ним, и в моей жизни появился Борис — опять любовь случилась. Он повел нас с Димкой в походы, окутал заботой, и жили мы счастливо десять лет: украшали свою жизнь как могли, я участок дачный купила по Каширской дороге.

© Colta.ru

Как говорится, ничто не предвещало. Димка все время был со мной рядом, учился хорошо, его даже старостой класса выбрали.

Потом получилось так: в пятнадцать лет он с классом на практику поехал, в Краснодарский край. Возвращается — я изменения в его поведении вижу, какой-то он не такой, уж больно заторможенный. Пришлось в его комнате обыск провести — обнаружила траву. Что делать? Орать? Молчать? Полный шок. Стала за ним следить, а у него же возраст подростковый, нервный. Я помню, когда мы с Борей его на ту практику в Краснодарский край провожали, он на нас кричал, что мы ему не те вещи в чемодан положили, а я шла домой с вокзала и плакала.

Вскоре после того, как я у него траву нашла, начался ад. Я вспоминаю, и меня до сих пор трясет: вечер, а дома его нет, а он должен быть, он всегда вечерами дома! А тут я прихожу домой — никого. Давай друзей обзванивать, говорят — на дискотеке. Середина девяностых, новых клубов — море. Где искать? Говорят, он в дискотеке на «Автозаводской». Бежим с Борей туда, и я никогда не забуду — грохот, цветомузыка по глазам бьет, а я в гардеробе ищу курточку коротенькую кожаную, которую Димке из Турции привезла. Нашли куртку, побежали в зал — лица странные, Димы нигде не видно. Потом появляется — зрачки узкие, размером с иголочку, нас как будто и не видит.

Мне потом менты говорили: «Мамаша, что ж вы сына упустили!» А я им отвечала: «Да не дай вам бог узнать, как это упускается!» Димка умер полтора года назад, а за ним только в нашем доме из-за наркотиков в одном подъезде десять человек ушло, да вот сосед наш, тоже Дима, он раньше моего сына колоться начал! А они — дружили.

Откуда они героин берут, я не знаю. Смотрите, вот мешок, я его никак разобрать не могу. Тут кассеты с музыкой, которую мой сын слушал, а еще диктофонные записи, это я прослушку дома ставила. Я все его разговоры слушала — подключила диктофон к телефону и слушала.

Учился он тогда в школе и в последнем классе уже кололся как следует. Я предполагаю, раза три в день. Вы на фотографии посмотрите, вы видите, как его взгляд меняется? В шестнадцать лет еще нежный, детский. А в восемнадцать уже отстраненный, как будто он по ту сторону жизни.

Я возила его к врачам, устраивала в группы — «12 шагов» и все прочее, и все впустую. Знаете, в чем проблема? От наркомании вылечиваются те, кто хочет вылечиться. А мой сын, получается, не хотел. А вылечиваются единицы.

Я видела одну телевизионную передачу, в которой выступала такая же мама, как я. Она сказала: «Да, жить в таком аду невозможно, но я же не могу застрелить собственного сына!» Хотя есть случаи, когда и убивали, потому что терпеть — невыносимо. У матерей инфаркты, из дома все вынесено. У нас тоже все выносилось — три компьютера, например. Мебель из гостиной Дима не выносил, но из своей комнаты — да, продавал.

Этот процесс длился пятнадцать лет. Сын никуда не поступил и ни дня не работал. Сначала он кололся героином, в последние годы варил «винт», на героин ему не хватало. Мне трудно объяснить, как все это было. Вот он стоит перед тобой, и ему всё по фигу. Ты плачешь, стоишь перед ним на коленях, а он рвет твои фотографии. Начало было ужасно, а конец — еще ужаснее.

© Из личного архива

Боря терпел это два года, а когда Диме исполнилось семнадцать лет, он ушел к нашей соседке по даче. Я его не осуждаю: у нас ад кромешный, Дима себе руки режет, у нас деньги постоянно пропадают, сплошные скандалы. Наверное, его надо было приковать наручниками к батарее, но я думала, что достучусь, я думала, я смогу.

Я не смогла. Я не знаю, вот те единицы, которые от наркотиков уходят, — может, у них дети есть или другая сильная мотивация? А Дима…Он выходил из очередной больницы, я помню, идем мы с ним как-то по улице в районе Серпуховки, солнце светит, весна. И он говорит: «Мама, солнце какое яркое! И небо синее!» Тогда я сказала: «Дим, тебе просто надо понять, что в этом ужасе, в этом мире есть столько прекрасного!» Но он, наверное, не понял.

Когда Дима только рос, я боялась, что ко мне толпы девок с пузами будут ходить. Красоты сын был просто необыкновенной! И высок, и ухаживать он умел, и девчонки его любили. Но он оказался не бабником, а наркоманом. Позже, когда я приходила со смены домой и заставала его друзей, которые были в страшном состоянии — кто ползает, кто лежит, кто уже говорить не может, — то я думала, что лучше бы он девок водил и половину Москвы перетрахал.

Ночью встаешь — на кухне колются. Я кричала: «Да что ж вы делаете! Вы б лучше перетрахали все что есть!» А им — по барабану. Выгоняла его из дому, так у нас на лестничной клетке на детских санках спал, я ему же кефир и булочки носила. Потом не выдержала, обратно пустила.

Замкнутый круг получается — мы с ним вдвоем, живем на мою зарплату. Уйти с работы? Следить за Димой? А жить на что? На что, простите, его лечить? Денег ему не давать? Так он сам берет, меня не спрашивая.

А еще я все время помнила, что очень долго не могла забеременеть и ходила по врачам. Они говорили, что шансы на беременность низкие и ничего мне не поможет. Как я радовалась, когда забеременела и здорового мальчика родила! Жалко, фотика тогда не было, не сфотографировал нас никто.

Самое главное, что я хочу сказать: наркотическая волна пошла с восьмидесятых годов, и пик ее пришелся на середину девяностых. В то время это считалось нормой практически, и в больницы люди ложились не с тем, чтобы вылечиться, а с тем, чтобы дозу снизить, отдохнуть, а затем все заново начать. Только единицы говорили: «Мам, помоги, я хочу опять быть нормальным!» А большая часть вела себя так: «Пошли вон, я не хочу быть лохом, я не хочу жить как вы!» Такое было время.

Полтора года со дня его смерти прошло. Я реву ночами, и те же соседи говорят: «Что ж ты так долго печалишься?» А как же? Я же сына в пятнадцать лет потеряла, а остальное время в аду жила, любя его.

Незаметно от сына осталась одна оболочка, хоть и любимая, родная. Пошел тромбоз вен, он заразился гепатитом С и ВИЧ.

Я считаю, что пока не введут принудительное лечение, наши мальчишки будут умирать. Я находила врачей, я платила деньги. Дима лежит неделю, максимум — десять дней, и уходит из больницы.

А потом и деньги кончились. Полтора года как его нет, я живу с постоянным чувством вины и спрашиваю: что еще я могла сделать? Вы поймите, он же из больниц сюда возвращался, в этот же дом, в этот же район, в Зябликово. Только Мишка, его школьный друг, вырос прекрасным мальчиком, а половины дома — нет. И части класса — тоже. Многие девчонки пробовали героин, но соскочили — родили детей, завели семью. Правда, три девчонки от «винта» все-таки умерли.

Умерли те, кто даже у него на похоронах был. Дима Крайнев, я говорила про него, сосед наш по лестничной клетке, он дольше всех лечился, он сильный был, даже в какую-то коммуну в тайге ездил. Почти год потом держался, а потом — все, развязался и умер.

Перед смертью бывали у сына моменты просветления, и тогда он говорил: «Мам, расскажи мне про бабушку, про дедушку». И тогда я понимала, что он остался на уровне пятнадцатилетнего мальчика, хотя перехитрить мог любого.

Помню, ему исполнилось восемнадцать лет, он кололся уже три года. Его забирали в милицию, я его выкупала. Уставала смертельно. Перед своим днем рождения сын сказал мне: «Мама, я больше не буду, все!»

Решили устроить праздник, отметить: крестную позвали, друзей, семью. Дима предлагает: «Мам, в магазин сходить надо?» Написала список, дала деньги. И вот сидим мы за столом, все такие красивые, а его все нет и нет. И так — до вечера. А потом звонок из милиции: «А вы в курсе, что ваш сын в подъезде лежит? С передозировкой?» А дальше — хуже. Вызываешь «Скорую помощь», у сына температура — сорок, тромбоз вен. А врачи говорят: «Мама, а куда мы его такого повезем?»

Он разбил все окна, выбил все замки. Я вызывала психиатрическую помощь. Его спрашивают: «Ты в каком году родился?» Не помнит. Я прошу: «Заберите его в больницу, дайте мне хоть два дня передохнуть!» Не берут. Родителям наркоманов никто не помогает.

Я снимала сына на камеру и на телефон: что он творит, как нечеловечески себя ведет. Потом показывала: «Посмотри, во что ты превращаешься, это же конец!» А у него такая реакция: «Ну и что?» Ничего не помогало: всегда находились добрые люди, как потом выяснилось, даже из моих знакомых, которые привозили ему наркотики, чтобы он не мучился.

© Из личного архива

Я боролась за него десять лет: клала его в больницу № 17 и по блату — в больницу имени Ганнушкина. Он убегал отовсюду.

В последние пять лет он потерял человеческий образ, и я поняла, что бороться уже бесполезно.

Когда его положили в НИИ наркологии в Люблине, откуда убежать было нельзя, я пришла домой и подумала: «Какое счастье получить передышку! Какое счастье положить на стол кошелек и знать, что его не украдут!» Но из больницы ведь домой выписывают, годами не держат.

Да, врать не буду, были три года, когда он не кололся: в двадцать лет Диму в тюрьму посадили за то, что он у человека телефон украл. Какие он мне письма из колонии писал! И я только помню, как под Новый год мой мальчик пришел домой, сказал: «Мама!» А дальше опять — снова.

«Винт» варил, валялся. Я его опять сняла на телефон, показываю. А он смотрит — глаза пустые, нет жизни внутри.

Последние годы он при мне варил и при мне кололся. Соседи сверху милицию хотели вызвать: ну запах же жуткий из нашей квартиры идет. Я к ним поднимаюсь: «Вы поймите, они его в отделение заберут и побьют, а сделать с ним ничего нельзя. Вот вы заявление пишете, что воняет, а я в этой вони сутками живу, я ночью на кухню выхожу, кричу: “Чтоб ты сдох, скотина!” — и ничего, ну ничего не помогает».

Полтора года со дня его смерти прошло. Я реву ночами, и те же соседи говорят: «Что ж ты так долго печалишься?» А как же? Я же сына в пятнадцать лет потеряла, а остальное время в аду жила, любя его.

Я вот думаю — у стольких известных актеров дети от наркотиков умерли, наверное, и в правительстве тоже с такими случаями сталкивались. Ну ладно я, мне помощи неоткуда ждать было. Но они почему молчат?! Тишина, никто тревогу не бьет. В этой стране не нужны наркоманы, не нужны пенсионеры. Только здоровые люди, которые доход дают.

Он умер 14 марта 2011 года. Перед этим он опять в больнице на «Кантемировской» лежал, потом — в Ганнушкина. Забрала я его оттуда 10 марта, он был в жутком состоянии: температура постоянная, колоться некуда — ушли вены на руках и на ногах. В пах колоться пробовал, но и там вены забились. Он за мной бегал, просил его убить. В ночь с тринадцатого на четырнадцатое марта он всю ночь на кухне пролежал, но такое и раньше с ним случалось. Потом стонать начал. Тогда я «Скорую помощь» вызвала, его в больницу забрали. Я звоню утром, сказали — от кровоизлияния в мозг умер, все.

Я думаю, ему там лучше. А я по-прежнему ужас чувствую. Да, мне легче в собственном доме — и стекла никто не бьет, и кошелек я могу положить куда хочу. Но я постоянно ловлю себя на мысли, что я, если нужно, еще пятнадцать лет бы вытянула, поскольку любила его безумно. Хотя какая разница? Скололись и те, кого любили, и те, на кого всем было наплевать.

Он деградировал на моих глазах. Сначала читал, потом — перестал. Одно время, когда он только из колонии вышел, появилась у него девушка, Аня.

Вместе с ней он потом и кололся. Когда он умер, я ей позвонила: «Помяни Диму, ведь он тебя любил».

Я его похороны на видео сняла, на телефон. Я не знаю, почему снимала, но вы поймите — он очень красиво лежал.

Пока еще надежда была, я стихи писала. Могу одно прочитать.

«Ночь, тишина. Я сына жду, и я совсем одна. Мне страшно.
Что скажут мне его глаза? Мне ясно, что властвует в них снова Сатана.
И, стоя у дверей, я чуда жду — напрасно.
Вот так, всегда одна. Мне — страшно».

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с colta.ru

5

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • colta
          • домен colta.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции