html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Архитекторы большого города. Борис Бернаскони

 

Борис Бернаскони

Возраст: 35 лет
Образование: МАРХИ
Работа: руководитель архитектурного бюро BERNASKONI
Регалии и звания: член Градостроительного совета инновационного центра «Сколково»

О спортивном духе

То, что я стал архитектором, произошло совершенно случайно. Как и все самое интересное, что происходит в жизни. Моему попаданию в МАРХИ способствовало одно обстоятельство: в 14 лет, катаясь на скейте, я сломал руку. До этого я профессионально занимался теннисом. Но из-за перелома пропустил полгода тренировок — на этом моя профессиональная карьера закончилась. Кстати, мое спортивное прошлое помогло впоследствии МАРХИ впервые в истории выиграть кубок по теннису. Как Оксфорд или Кембридж проводят турниры по спортивной гребле, так и Архитектурный институт участвует в некотором наборе соревнований между университетами. При этом в МАРХИ спортом мало кто занимается–— спортивный зал там отдан под хранение студенческих подрамников. Но когда завкафедрой физкультуры, несмотря на наше сопротивление, заставил нас с товарищем участвовать в турнире, мы выиграли — и кубок впервые достался архитекторам.

Вообще, я думаю, что для архитектора важно обладать спортивным духом. Потому что весь архитектурный процесс, от создания проекта до его реализации, похож на такой пятисетовый матч. И уже на пятом сете, спустя несколько лет работы, на исходе сил и нервов, ты все еще должен держать удар и применять разные тактики борьбы. В архитектуре — как в теннисе: нельзя сдаваться до самого последнего мяча.


В архитектуре — как в теннисе: нельзя сдаваться до последнего мяча

О тоталитарном стиле как стимуле и архитектуре как сообщении

Своим первым удачным проектом я считаю интерьер московского офиса рекламного агентства BBDO. По сути, это была оптимизация уже существующего проекта, превращение его из коммерческого в интеллектуальный. До нас в офисе работали английские строители, которые просто плавно распределили стройматериалы по офису и задумали все так аккуратно, по-европейски отделать. В результате ко мне пришел Игорь Луц, креативный директор агентства, и сказал, что ему не нравится этот евроремонт. Он предложил превратить архитектуру офиса в идеологию.

Мы разработали новый дизайн-код с бегущей красной строкой, которая шла сквозь все шесть этажей, и вертикальное написание названия BBDO. Мы распределили все помещения по пространству офиса — таким образом, чтобы клиент никогда не попадал в рабочие помещения. Мы закрыли доступ в производство мощной стеклянной пуленепробиваемой дверью, которую сотрудники могли открыть только с помощью отпечатка пальца. Этот образ закрытого доступа, чего-то сакрального оказался очень сильным.

Мы назвали наш проект «Фабрикой идей»: мы тщательно продумали сценарии перемещения сотрудников по офису, чтобы понять, как их правильно рассадить. По разному обустроили «холодный цех», где работают бухгалтеры с юристами, и «горячий цех» — где рождаются идеи. Пытаясь понять, что важно креативщику с точки зрения пространства, я провел интервью с сотрудниками и вывел одну важную закономерность: чем более креативен человек, тем менее ему важно, в каком пространстве он находится. Чем менее креативен человек — тем больше его беспокоят цвет стен, занавесок и дизайн мебели. Это понимание мы использовали очень точно. Мы придумали строгий, давящий, даже тоталитарный стиль. В результате такого ребрендинга очень многие остались недовольны. «Я не буду сидеть с темно-серыми потолками и работать за стойкой, как в стойле», — говорили сотрудники и увольнялись. Для нас это было отличным показателем. Игорь Луц был счастлив — сказал, что все плохие работники уволились, остались самые креативные.

В результате проект оказался очень успешным. Сразу по его завершении московский BBDO сделал какой-то невероятный экономический скачок и превратился из небольшого агентства в компанию в триста человек. Наверняка этому способствовали и другие, более важные факторы. Но тогда я сделал для себя одно серьезное открытие: архитектура — это нечто, во что можно вкладывать сообщение, и она реально может его донести.

Кстати, через полгода нью-йоркский офис спустил всем отделениям агентства указание поменять фирменный стиль на вертикальное написание названия — как сделали мы. Не знаю, было ли это совпадением или представители центрального офиса, которые были в Москве и видели наш дизайн, подхватили идею.

Об архитектуре во времени

Многие работают с архитектурой как с пространством. Я попробовал провести эксперимент и понять, что будет, если за главный взять другой параметр — время. Получилось, что у архитектуры возникли совсем другие законы. «Гиперкуб», который мы с Вексельбергом построили в Сколково, — это здание, которое может трансформироваться, меняя свою функцию и оболочку. Снаружи это экзоскелет, на который навешиваются различные фасады. Так что через двадцать лет, когда появятся более эффективные солнечные батареи и лучшего качества экраны, мы сможем легко снять старые и поставить новые. «Гиперкуб» также легко превратить из общественного пространства в офисное — это заложено в него на уровне инженерии и конструкций. Если архитектура более активно работает со временем, ее дизайн в первую очередь исходит не из личных представлений о красоте и эстетике, а из функциональности. А когда ты вкладываешь в архитектуру какой-то больший смысл, она способна выводить общество на более высокую планку.

Конечно, эстетика тоже важна, но главным становится другое. Это уже не дизайн-красота, а дизайн-смысл. Современная архитектура должна искать, к чему тянуться, придумывать себе новые законы гравитации.

Об удачной пустоте

Если взять сто студентов архитектурного вуза, будь то МАРХИ или Harward Design School, в любом случае архитектором из них станет один. И шансов, что этому одному повезет, он станет успешен в мире, — один к ста. Такая профессия. Вообще, хорошей архитектуры в мире немного.
Относительно ситуации в мире в российской архитектуре не все так плохо. Есть деньги для того, чтобы заниматься архитектурой, есть насущные задачи и есть заказчики. Все остальное — вопрос работы. По сравнению с Советским Союзом мы сейчас находимся в пустоте — нет никакой идеологии, кончились проектные институты, которые создавали тиражируемые проекты. А значит, нам есть что заполнять. Как говорил Франклин, любая проблема — это замаскированная удача.

О Москве

Москва — сложный город. Здесь деньги важнее даже, чем в Нью-Йорке. К примеру, Нью-Йорк сделан так, что все дома в городе являются его частью: у них открыты первые этажи и крыши, и любой может туда войти. Это среда, которая архитектурно решена таким образом, что там вы чувствуете себя хозяином города. У нас о самом городе все забывают — и это очень болезненно. По сути, Москва — это инфраструктура для зарабатывания денег. Нью-Йорк запрограммирован так, что люди его любят, а Москва так сделана, что ее все ненавидят. И пока мы будем ненавидеть собственный город, не стоит ждать от него чудес — будем иметь самую дешевую тротуарную плитку, бежевые фасады из керамогранита и всюду лужи.


Современная архитектура должна придумывать себе новые законы гравитации

О парке Горького

Реконструкция парка Горького — это поверхностное, не инфраструктурное изменение, так, потусоваться. Хорошая вещь для старта: с чего-то же нужно начинать. Был шашлык, а стала лапша, были люди в беретах, а стали хипстеры — но, по сути, ничего не изменилось: парк остался парком в тех же границах, трубопровод не поменяли — просто ларьки другие поставили и баннер повесили. А люди в беретах от этого никуда не исчезли, они просто перешли в другое место. Это как с лечением человека: одно дело — заниматься спортом, принимать холодный душ и следить за питанием, а другое — выпить обезболивающую таблетку — сразу станет легче, но проблему это не решит, организм не вылечится. Так всегда бывает, когда к городу есть очень много профессиональных запросов, но они постоянно отбрасываются. Создаются конкурсы, но опытные урбанисты и архитекторы на них отсекаются, а вместо них приходят люди, которые быстро что-то делают и действуют как таблетка.

Об «Арх-Москве»

В 2003-м и 2004 году мы вместе с Кирилом Ассом курировали выставку «Арх-Москва». Тогда мы решили давать выставкам темы — раньше были просто «Арх-Москва»-1, два, три... Наша первая выставка называлась «Настоящее-настоящее». Тогда мы были немного романтиками — наш слоган стремился призвать архитекторов к разговору о самом важном здесь и сейчас в российской архитектуре, о чем-то настоящем, подлинном. Но из этого мало что получилось.

И тогда вторую выставку мы назвали «Тупик». Мы хотели убедить всех, что архитектурное сообщество зашло в тупик и всем срочно нужно собраться и придумать, что делать дальше, какие позиции занимать. Но и это оказалось провальной идеей. Представьте, вы известный архитектор, к примеру, Скуратов. Вы уже записались участвовать в выставке — вдруг вам приходит пресс-релиз, в котором написано, что вы в «Тупике». Но вы такой первоклассный архитектор, лучший в России, вы не хотите быть в тупике. Вы говорите: я не в тупике, я отказываюсь даже думать об этом и что-либо на эту тему говорить. Поэтому вы просто показываете на выставке свой последний дом. И так думали все — потому что никто не хочет быть в тупике, все хотят быть успешными. Это был полный провал, и все участники остались недовольны. Но все же было много обсуждений, какая-то встряска, несомненно, случилась.

Директор ЦДХ Василий Бычков работает в таком формате, при котором на выставке архитекторы совмещаются со строительными компаниями — и в результате рядом с макетами и архитектурными фотографиями стоят унитазы с лампами. Получается какая-то сложная для восприятия картина. Не хочу обижать Василия, но последняя «Арх-Москва» была совсем позорная — нельзя делать такого качества экспозиции, это неуважение и к зрителям, и к участникам. Кажется, люди, которые держат в Москве большие площадки, уж очень расслабились — видимо, общество им это позволяет, раз они думают, что и так сойдет. Пожалуй, только Свиблова пока держится.

О Перми

Для меня большая загадка, как им пришла в голову эта идея: «Пермь — культурная столица Европы». Ведь нужно было понимать, что после таких громких заявлений либо они сделают то, что задумали, либо это будет полный провал.

Мои отношения с городом развивались так. В 2008 году я выиграл конкурс на Пермский музей, после чего наш проект три года пролежал на полке. Конечно, архитектура — вещь долгая, заказчику бывает нужно подумать — кому-то три года, а кому 50, но в какой-то момент я связался с губернатором Перми Олегом Чиркуновым и сказал ему: «Олег Анатольевич, давайте уже построим здание. Конкурс прошел, пора строить». Он очень захотел подключить к строительству Петера Цумтора, который в конкурсе на этот проект был председателем жюри. Я согласился отдать Цумтору проектирование небольшого отдельно стоящего здания, в котором бы находились деревянные боги. Мы встретились с Цумтором обсудить комплекс из наших проектов, и вдруг он мне сообщает: «Ты знаешь, я подумал, что должен делать весь музей сам». Я ему ответил, процитировав статью Ревзина: «Петр, — говорю, — мне кажется, это странно. Ты председатель жюри. Это все равно как если бы ты был судьей чемпионата мира по футболу: представь, финал, я забил уже пять голов, и вдруг ты бросаешь свисток, отбираешь у меня мяч и начинаешь забивать в другие ворота, а потом хватаешь кубок и бежишь с ним на пьедестал. Я разочарован». На что он говорит: «Хочешь, я прямо сейчас уеду?» Я сказал, что против не буду. Но он не уехал и начал проектировать музей.


Проект «Пермь» — чудовищный позор. Позор всем тем, кто поддерживал проект, ездил туда — все мы помогали этому позору осуществиться, и я в том числе

Кроме музея мы делали еще два проекта для Перми: фестиваль «Белые ночи» по заказу Марата Гельмана и реконструкцию бульвара. В обоих случаях уже после того, как проекты были готовы, нас попросили вернуть деньги. По последнему делу мы до сих пор судимся. Уже проиграли суд в Перми, проиграли в Екатеринбурге. Теперь вынесем дело в Москву, чтобы в очередной раз проверить нашу судебную систему.

Уже в конце пермской эпопеи я написал Чиркунову письмо, в котором попросил объяснить, как же так случилось, что они у меня отняли все деньги, отняли победу и отдали мой проект председателю жюри. В ответе он выразил удивление — он думал, что мы друзья, а я ему пишу такие неприятные письма. Смешная реакция.

Великие люди за собой оставляют театры, дороги, мосты, больницы, а не плохо сделанный фестиваль или реставрацию речного вокзала. За пять лет существования проекта можно было построить два-три новых здания. Проект «Пермь» — это чудовищный позор. Не буду говорить, что это позор Чиркунову, Мильграму и Гельману. С ними и так все ясно. Позор всем тем, кто был в этом задействован, кто поддерживал проект, ездил туда — мы все помогали этому позору осуществиться, и я в том числе.

Archfiction

Комикс бюро BERNASKONI, посвященный пермской эпопее

Художник: Вета Постнова

 
Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с bg.ru

2

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • bg
          • домен bg.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции