html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Прямая речь: Гасан Гусейнов

Доктор филологических наук рассказывает в интервью о первой книге, приемных часах в Лиге Плюща и московском расизме

В детстве в моем доме бывало очень много разных людей, друзей моих родителей, и так получилось, что несколько очень авторитетных для меня людей сказали, что филология — это то, чем надо заниматься. Точнее, они и не говорили, но как-то стало ясно, что вот этим и надо заниматься. Одним из этих людей был Виктор Исаакович Камянов, замечательный литературный критик и писатель (и он преподавал литературу в школе). А другой — Лев Борисович Антопольский, тоже литературовед. Были и другие люди, но они были для меня страшно авторитетны.

В школе был интерес к естественным наукам, но как-то он у меня оборвался. Так случайно получилось, что учился в химическом школе, ну, я там и взорвался. В какой-то момент образовалось много свободного времени. С одной стороны, это было крайне унизительное время, мне было как раз 14-15 лет, и я ничего не мог делать руками – вся кожа с рук сошла. С другой стороны, родители мне много читали, пока я в школу не ходил, и вот это устное чтение, которого я не помню с моего раннего детства, было завораживающим. Они читали мне разные вещи, в основном почему-то Чехова и Щедрина, Гончарова, но и довольно много античной поэзии, сами при этом как-то очень возбуждались, и тогда мне показалось все это интересным.

о первой книге

Я не помню, с какого времени начал сам читать, хотя я помню первую книгу, которую я прочитал сам, самостоятельно. Это была книга «Му-му». Это была, наверное, моя самая первая книга, прочитанная от начала до конца.

о размеренности жизни

Когда я учился в МГУ, мы исходили из того, что дальше будем работать в рамках этой же специальности. Может, движение в сторону, скажем, кто-то в издательстве работать будет, а кто-то будет в академическом институте. Была размеренная в этом смысле жизнь. Кому-то, может, меньше повезет, и он будет в школе преподавать, кому-то больше, и он будет в университете преподавать, в институте.

А сейчас большинство тех, кто поступает на филологические факультеты, все-таки выбирает какую-то другую профессию. Для них это общее гуманитарное образование. Но тут нет беды. А большая катастрофа случилась в школе в конце 80-х — начале 90-х годов (когда люди уходили, когда не было никакой программы, и не совсем понятно, что происходило, — смутное время, время перемен). Целое поколение оказалось просто брошено на произвол судьбы.

о национальных мифах

Очень правильно говорили классики марксизма: «Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя». У нас существует несколько таких национальных мифов. Национальный миф, что в советское время была потрясающая наука, образование было потрясающим. И действительно можно сказать, что были крупные достижения в естественнонаучных областях, в том числе, в специальностях, которые связаны с военным делом. Вообще все, что обслуживало военку, говорят, прекрасно работало. Все эти закрытые почтовые ящики. Часто говорят о том, что там был очень высокий уровень морали рабочей. С одной стороны, это, может, и так, а с другой стороны, достаточно легко показать, что это совсем не так. Ведь как только была объявлена свобода, наиболее выдающиеся в этой области люди взяли в руки чемодан и уехали. Вчера они работали в каких-нибудь закрытых почтовых ящиках, а сегодня они трудятся у себя от Калифорнии до Нью-Джерси, преподают в лучших американских университетах и не вспоминают о советской рабочей морали. Говорю это не в осуждение, разумеется. Наоборот, очень хорошо, что в работе этих людей нет никакой идеологии. Только задним числом не надо фантазировать.

о жертвах ЕГЭ

Я не преподавал в России с 90-го года, это большой перерыв. Когда вернулся, у меня возникло ощущение, что произошло некоторое общее изменение отношения к обучению, и оно состояло в том, что отношения преподавателя со студентом превратились в отношения диспетчера, который принимает правильные ответы, и студента, который ждет, что ему просто покажут место, куда можно положить правильный ответ. Это не отношения размышляющего и размышляющего. И в этом – главный недостаток ЕГЭ в наших исторических условиях. Школьники перестают вопросы задавать себе или другому: что, почему и как. ЕГЭ это натаскивание в спектре «найдите правильный ответ», иногда случайным образом. Эта установка очень вредная для настоящего образования. Она, может быть, годится при необходимости, скажем, сдать на права. Набор навыков, который надо применять в стандартных ситуациях. У нас образование для стандартных ситуаций без подготовки к совершенно не стандартным ситуациям, в которые человек пропадает.

Другое дело, и я писал об этом по горячим следам, что у нас ЕГЭшниками прозвали школьников, а на самом деле, ЕГЭшниками являются те люди, которые придумали эту систему. Школьники не виноваты, они жертвы ЕГЭшников. У людей, которые готовят эту систему, в голове есть собственная внутренняя программа, они все надеются, что есть какая-то такая автоматическая система учета знаний, которая создается для того, чтобы саму систему как-то обмануть. Для того, чтобы какого-то своего протащить за ушко. На это мгновенье мы ее отключаем, и он проходит. Вот это и есть абсурд. В результате мы получаем людей, не готовых к тому, чтобы дальше учиться. Даже в очень хороших вузах чувствуется это ожидание студента, что он должен найти правильный ответ, который понравится преподавателю.

о приемных часах в Лиге Плюща

Некоторое время я преподавал в Дартмутском колледже на программе бакалавриата. Он входит в Лигу Плюща, очень элитарный колледж. И там набирается некоторое количество студентов, для которых твой предмет — второй, может есть два-три человека, для которых это major (главная, профильная дисциплина), но основная масса – это те, для которых славистика minor, младшая дисциплина, а занимаются они биологией, химией, философией. Там мне попалась маленькая группа ребят, которые занималась классической филологией как minor, но они лучше знали русский, чем английский. Им было трудно учить древнегреческий через английский, поэтому они попросили заниматься с ними отдельно. Этого даже не было в моей сетке расписания. Они это сами придумали, потому что так удобнее было, а преподаватель оказался под рукой.

Так вот, первая и главная разница в преподавании в США и в России в том, что американский студент все время что-то спрашивает у преподавателя, все время присылает ему свои работы, задает вопросы. Конечно, там платят преподавателю намного больше, чем здесь, но, с другой стороны, и студент туда приходит, родители которого выложили за это образование колоссальную сумму. Когда у меня были приемные часы, я знал, что они могут продолжаться до позднего вечера, потому что ко мне обязательно придет тот или иной студент, и будет меня пытать по моей специальности. У них установка: этот человек здесь для того, чтобы дать знания. Получая оценку за эту работу (которая для них очень важна, 4+ или 5-, это очень существенно), они уверены, что она не будет субъективной случайной оценкой, потому что ты все стадии работы с ними прошел с начала до конца.

Дисциплины типа славистики, восточноевропейской истории, для США редкие, это второстепенные, младшие дисциплины, но с тебя тоже семь шкур сдерут студенты, для того, чтобы ты им дал больше знаний. Здесь я этого не вижу совсем или почти совсем. Сейчас я преподаю в Вышке, где есть, встречается такое же отношение студентов к предмету. Но оно пока не массовое.

об универсальных проблемах

Плагиат – это общая проблема. Конечно, он везде есть. Другое дело, что на западе есть механизмы борьбы с ним. Очень жесткие механизмы борьбы. У нас механизмов нет. У нас плагиатором вон министр оказался, и – как с гуся вода. А если ему можно, то всем можно.

об экспортерах и импортерах образования

Нам нужно ориентироваться на страны-импортеры образования. Россия – это импортер образования, а Великобритания и США – это экспортеры образования. Почему люди едут туда? Потому что они знают, что там хорошо отработана система. И система оценки, и система контроля качества образования, обратная связь существует. Система оценки качества преподавателя очень разветвленная, она включает такие пункты, как «чувствуете ли вы, что ваш преподаватель заинтересован вашим ростом, следит ли он за тем, каким вы были в пятницу и каким вы стали в понедельник». Так вот, быть экспортером образования – это значит привлекать к себе огромное количество вчерашних выпускников средних учебных заведений и по существу ни в Англии, ни в Америке национальная система образования не нуждается в своем лучше развитом среднем образовании, потому что они знают, что получит лучшее со всего мира.

Совсем другая картина в странах-импортерах образования, например, в Германии или Финляндии. Люди, живущие в этих странах, знают, что к ним учиться поедут немногие, пожалуй, только те, кто интересуется их языками, культурами. Хотя у них, может быть, очень развитая страна, но основная базовая система среднего образования, среднего специального образования и высшего образования остается там бесплатной, и это часть национальной программы. И это должно быть в любой большой стране. Германия – не очень большая страна, в совсем маленькой стране Финляндии несколько миллионов населения, т.е. меньше, чем в одном Питере, или Греция, где население всей страны как в Москве, и при этом национальное образование там — бесплатное, оно охватывает все уровни – от начальной школы до аспирантуры. И это совершенно правильно, потому что если ты — импортер образования, то ты должен быть крайне заинтересован в том, чтобы у тебя образовательный минимум давался бесплатно для твоего населения.

о системе бесплатного образования

Нам совершенно необходима национальная программа, поэтому часть средств, которая в другое вкладывается, должна, без сомнения, бросаться в область образования, потому что наши люди нигде больше не смогут учиться. Иначе говоря,тот, кто может учиться в Англии, он и уедет в Англию, и потом он там получит хорошую работу, и будет там работать, и дай Бог ему здоровья. Но этого не могут сделать все, поэтому надо просто понять, что образование – это дико дорогая вещь. А введение всеобщего платного образования введет колоссальную сегрегацию в обществе, которая до добра не доведет, потому что у нас традиционно коррумпирована система образования, как и система здравоохранения. Это означает, что многие люди платят деньги не за то, чтобы образование получить, а за то, чтобы им корочку дали. Эти люди не понимают, что деньги они платят за возможность получить образование, а не за то, что они будут приплачивать потом еще каждому преподавателю немножко, а те им будут ставить зачеты. Через пять лет этим дипломом можно будет ботинки чистить. И это оборотная сторона так называемого бесплатного образования, когда часть – бесплатная, а для кого-то платная. Эта система не работает. Она должна быть официально бесплатная, но должен быть довольно высокий ценз на поступление, и он должен быть реальный, а не липовый.

Мне кажется, что хорошая система массового бесплатного образования предохраняет общество от очень большой социальной трещины, так же как и система здравоохранения. Другое дело, что в условиях экономической свободы обязательно кто-то очень далеко выдвигается вперед, и эти люди для себя создают свои структуры образования, закрытые. В такой демократической стране, как Германия полно частных школ. Но их не так много, и они не определяют лицо страны. Лицо определяет довольно широкий образовательный ландшафт, открытый большинству.

о налоге на глупость

Огромное количество людей хочет для своих детей образование из соображений престижа, а не по существу дела. Вокруг нас огромное количество людей, которые живут в рамках другой парадигмы: они покупают вещи, которые должны носить люди определенного класса (к которому эти люди не принадлежат). Понятно, что в Москве автомобиль совершенно не является предметом первой необходимости, это способ показать, что ты крутой. И многие люди действуют в кильватере своего образца, своей «иконы стиля». Таких людей будет всегда очень много везде. И такие люди несут основные материальные издержки, за счет которых существуют другие люди, то есть эти люди платят налог на глупость, они закладывают-перезакладывают, они потребляют огромное количество вещей. Отчисления с процентов идут в казну, то есть в каком-то смысле, ну надо быть благодарным огромному количеству дураков, которые считают, что так и должно быть.

о заслуженном уважении

В России школьного учителя презирают, а человека, который занят наукой и где-то работает, все-таки уважают. Одного незаслуженно презирают, другого незаслуженно уважают. Самое уравновешенное отношение к ученым я видел в Дании. Я там преподавал некоторое время в двух университетах, и меня потрясло такое снисходительно-одобрительное отношение одного фермера, который продает в день 1,2 тонны молока, и так каждый божий день. Для того, чтобы у него это количество увезли, он встает в четыре утра, ложится в девять. С его точки зрения, человека из реального сектора, причем очень высокого качества (экология, служба Министерства здравоохранения, везде датчики, везде какая-то электроника), кто такой ученый: «Ну да ничего, хорошо, тоже нужен, наши парни там языки будут знать». И это нормальное отношение. Но зато в его районе есть школа, где его дети учатся, в этой школе есть учитель начальных классов, вот он в этой местности — очень уважаемый человек, потому что он учит их детей читать и писать, он их выводит, вообще-то говоря, в правильную жизнь.

У нас все немножко с ног на голову. У нас уважают начальника, министра, замминистра, какого-нибудь начальника управления областного образования, а не уважают учителя, того, который на земле работает с их детьми, вот он главный. Это отчасти искусственно поддерживалось когда-то в советское время, но я вижу от Греции до Дании, что отношение в европейских странах к учителю школьному очень уважительное. Оно отчасти определяется тем, сколько они получают на общем фоне. От этих людей зависит, кто будет кормить общество через тридцать лет. Уважать традицию не значит с тупым усердием повторять, будто в 1612 году у нас прогнали поляков, освободили от ига, 1613 год торжественно отмечают как годовщину. Все это бред не этим бредом, а кропотливой работой с маленькими детками, чтоб они язык выучили, чтоб писать учились, говорить учились.

об ответственности ученого

Я считаю, что ученый должен заниматься своей наукой, и должен хорошо за нее получать. Вместе с тем он должен прекрасно понимать, в каком мире он живет. И самые выдающиеся наши естественники это прекрасно понимают. Был такой великий математик Арнольд, который уехал в Америку. Естественно, что он выбрал себе для работы лучше условия (в этом нет ничего удивительного), но при этом он открыл в Москве, на Мехмате, школу, в которую он приезжал на многие месяцы преподавать. У него было ощущение, что невозможно прервать эту нить. Существует прямая связь науки и образовательной машины, поэтому эти люди прекрасно понимают, что образование – не просто абстрактное получение знаний, но прежде всего выращивание кадров, которые будут кормить твоих детей. В буквальном значении данного слова. Оттого, как ты вложишься в следующее поколение, зависит твое состояние, когда у тебя будет Альцгеймер и когда тебе понадобится помощь всего мира. Вот это понимание среза поколения как раз у ученых должно быть, прежде всего. Мы должны видеть потребность, пусть это будет кружок в школе, пусть это будет популярная статья, или просто выступление перед детьми. Это может сыграть ключевую роль. Я по себе знаю, я помню прекрасно как Лев Георгиевич Эджубов, который когда-то меня потряс тем, что главное в криминологии – это рассуждение. Логика и психология. У меня была судьбоносная встреча с этим человеком.

о смене традиций

Второй национальный миф состоит в том, что самобытность – это хорошо, то есть все, у чего есть своя долгая традиция, — это хорошо. Но это тоже чушь, потому что культура, по определению, гетерогенна. Она берет у других вместе что-то, что ей нравится, и что она может для себя применить и отчего начинает процветать. Может, там это был маленький камешек, а у нас вместо этого камешка вдруг цветок вырастает. И таких примеров очень много. У нас в последнее время раздувается все время этот миф о том, что есть какие-то злые силы, которые хотят нас подчинить себе, обмануть, навязать свои ценности. А у нас эти ценности испокон веку были, и мы втайне жизни по этом нормам. Оказалось – не жили.

Это очень неприятное, вредное наследие, потому что везде есть что-то очень ценное. В любой стране. Нужно просто понять, что люди так устроены, что берут лучшее отовсюду, в том смысле, что они всеядны. Вопрос не в том, что родине «там» будет лучше, а вопрос в том, что мы для своей родины должны брать лучшее, чем то, что есть. Мы же не удивляемся тому, что у нас открыта по всему городу куча ресторанов, китайские, японские, итальянские — это же зачем-то нужно.

Мы гораздо лучше сохраним традиции в том случае, если будем понимать, где они. У нас есть такие вещи, без сомнения. Вот я многих студентов спрашиваю, когда они в последний раз были в Третьяковкой галерее. Это очень важное место, потому что, когда туда приходишь, действительно видишь историю своей страны, восприятие ее, лица, какие-то способы коммуникации. Например, дачная культура, которая существовала, или старый способ ходить в гости. Сейчас его почти не осталось. Он оказался вытесненным тем, чего раньше не было, причем не было ни в XIX в., ни, тем более, раньше. Люди не встречались в трактирах. Люди приходили в дом. Был приемный день, всю неделю готовились, собирали что-то, стряпали, знали, что гости придут. Вот они посидят, почаевничают, посуду помоют, и этого совсем нет, совсем не осталось. А это было частью национальных традиций, причем очень давних. А все это вытеснилось совершенно.

о пользе классической филологии

Если вы изучали классическую филологию, то, когда вы приезжаете в какую-нибудь Средиземноморскую страну, вы по-другому смотрите на все. Вы читаете надписи, и вдруг обнаруживаете, что понимаете эти слова, и это очень сильное, очень острое чувство – приехать в чужую страну и почувствовать себя там сразу своим.

И вы по-другому начинаете читать, все-таки берете книгу по-иному, чем человек, который этим не занимался. Представьте, что мы ходим по полу, и есть люди, которые видят в нем только пол, а есть архитектор, который понимает, что под этим полом – такая конструкция, дальше – другая конструкция, потом прикидывает, как две части здания были соединены, он просто видит больше. Классическая филология предлагает микроскопический взгляд в отношение других европейских языков. И, конечно, вы все время этимологизируете. Есть много неочевидных примеров, когда по какому-то набору слов вы понимаете, откуда этот человек, когда он родился. Вы прислушиваетесь к говору и думаете, вот интересно, откуда он.

о московском расизме

Существует московский специфический провинциализм. Я с ним впервые столкнулся в Германии. Когда я в первый раз приехал в Германию, и мне было немало лет, мне впервые задним числом стало стыдно за мое московское отношение. Москва в отношении с акцентами, говорами по России очень, я бы сказал, расистский город. Это настоящий расизм, он до сих пор очень распространен. У меня была приятельница, у которой был очень сильный южно-русский говор, и она просто не смогла жить в Москве. Ей почти откровенно говорили, что она должна переучиться и начать говорить как все. Почему? Бред. Она уехала в Италию, она выдающаяся переводчица, специалист. Я никогда с ней об этом не говорил, а вспомнил об этом только после того, как уехал в Германию в 90-м году, где масса разных диалектов. Это такой был шок – понять, что я принадлежу к какой-то… ну, это даже не называется снобизм, это расизм.

о проблеме диалектов

Мои базельские студенты в Швейцарии говорят на трех языках. Каждый швейцарец говорит на трех языках: на немецком, на немецком с акцентом своего кантона и на своем диалекте. Кроме того, он, скорее всего, говорит по-итальянски, по-французски и по-английски.

Я попросил своих швейцарских студентов написать работу на тему акцентов – предмет, который я вел, назывался «История России в зеркале истории языка». Я им говорю: давайте вы все напишите на карточках, во-первых, какие акценты мы различаем и как мы к ним относимся, какой вызывает у нас симпатию. Немцы очень любят французский акцент в немецком языке, а польский очень не любят и русский тоже, потому что если русский, то значит бандит – такие стереотипы. И один мне говорит швейцарец, который приехал в Базель из Люцерна (по нашим меркам вообще ничего): «Я очень толерантный, есть только одно, что я ненавижу: когда из Люцерна человек приезжает в Базель и уже через месяц перенимает эти базельские слова. И начинает говорить с акцентом». Мы все поняли. Везде это есть.

Бывали и другие случаи. Я был свидетелем того, как одна женщина, приехавшая с легким швабским акцентом на север Германии, оказалась не принятой в свою среду. Ей не нравилось, как они говорят, им не нравилось, как она говорит. Только язык.

о личном и общем

Язык мы все считаем чем-то сугубо своим, это не просто какая-то внешняя вещь, которой попользовались и отложили. Вы все время в этом живете, вы ощущаете его частью своего «я», частью своей самости, и поэтому, когда кто-то другой тоже может этим пользоваться, но говорит при этом немного иначе, вам нужна специальная выучка, минимальная психологическая подготовка, для того, чтобы это вторжение правильно себе описать, то есть принять его. К этому надо готовиться всем.

Гасан Гусейнов

доктор филологических наук, профессор НИУ ВШЭ

Все материалы автора

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с postnauka.ru

1

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • PostNauka
          • домен postnauka.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции