html текст
All interests
  • All interests
  • Design
  • Food
  • Gadgets
  • Humor
  • News
  • Photo
  • Travel
  • Video
Click to see the next recommended page
Like it
Don't like
Add to Favorites

Продолжая серию материалов, посвященных программе «Немецкое кино. От десятилетия к десятилетию», которая пройдет в рамках ММКФ, мы публикуем статью Майи Туровской из каталога ретроспективы.

Воспоминание о немецком кино

Майя Туровская
Неуклюжий и почти противоестественный «Калигари» был радикальным прорывом — и в непредвиденную условность, и во внутренний мир безумца.«Кабинет доктора Калигари». Реж. Роберт Вине, 1920
Неуклюжий и почти противоестественный «Калигари» был радикальным прорывом — и в непредвиденную условность, и во внутренний мир безумца.

«Кабинет доктора Калигари». Реж. Роберт Вине, 1920

Близкое мое знакомство с немецким кино началось не с экрана, а в пределах «гуттенберговой галактики». Кто-то из иностранцев подарил мне английскую книжку Кракауэра «От Калигари до Гитлера». Кино выступало в ней в качестве немого оракула истории. Темным языком странных экспрессионистских фильмов оно предвещало все то, чему мы стали свидетелями. Точнее, участниками, если вспомнить войну. Книжка поразила меня, и я стала ездить в Госфильмофонд, насматривать немецкое немое кино, которое представляла себе лишь по отдельным фильмам.

Как и многие мои коллеги (Нея Зоркая, Юрий Ханютин), я не была урожденным киноведом. Мы пришли в кино из театра, потому что в послевоенные годы и десятилетия кино оказалось тем универсальным языком, на котором мир пытался преодолеть свою расколотость. Напомню: не только Сети, но и внятного телевидения еще на свете не было.

Разумеется, неуклюжий и почти противоестественный «Калигари» был радикальным прорывом — и в непредвиденную условность, и во внутренний мир безумца, который казался для медиума кино запечатан. Он стоял у истоков. Разумеется, «М» Фрица Ланга — ответная гримаса насилия у конца Веймарской «прекрасной эпохи» — был квинтэссенцией всего накопленного: сюжетосложения, знаменитой немецкой светотени, монтажа, актерской безусловности — наконец, новоявленного звука. Он был последним предупреждением.

Но между этими двумя восьмитысячниками простиралась обширная горная цепь, задающая множество разбегающихся вопросов.

В шестидесятых «Последний человек» Мурнау стоял в рейтингах в затылок «Потемкину» Эйзенштейна.«Последний человек». Реж. Фридрих Вильгельм Мурнау, 1924
В шестидесятых «Последний человек» Мурнау стоял в рейтингах в затылок «Потемкину» Эйзенштейна.

«Последний человек». Реж. Фридрих Вильгельм Мурнау, 1924

О будущем — «маленький—человек—что—же—дальше»— знаменитый Каммершпиль, венцом которого стал «Последний человек» Мурнау (в 1960-х он стоял в рейтингах в затылок «Потемкину» Эйзенштейна).

О масскульте — немецкое кино не стеснялось тривиальных жанров, походя поднимая их до вершин искусства и завоевывая и массу, и кассу. Помню, как мы с Леней Козловым облизывали пронзительную мысль Брехта в «Трехгрошовом процессе» о том, что дурной вкус публики коренится глубже в условиях существования, чем хороший вкус интеллектуалов.

О документальности — «документальность» стала одной из эстетических категорий в немецком кино, имела ряд признаков и обозначала степень доверия, в то время как «суггестивность» с ее разнообразными монстрами — вампиром Носферату, Гомункулусом, Альраунэ и проч. — была способом внушения. Странным образом они могли сочетаться, как в «Докторе Мабузе» — самом фантастическом, но по-своему и «документальном» фильме Фрица Ланга, русскую версию которого («Позолоченная гниль») в перемонтаже Эсфири Шуб и Эйзенштейна мы тщетно надеялись найти с Наумом Клейманом.

О «пролетарском» кино — и, шире, о культуре, которая создавала не только новую степень той же документальности («Путешествие матушки Краузе к счастью»), но и способ полусамодеятельного независимого производства. А, кстати, еще и поднимала вопрос: почему «марксистские» революции происходят не там, где есть пролетариат и его культура, а там, где их и в подзорную трубу не увидишь...

Эмиграция — сначала экономическая — дала Голливуду европейскую прививку восхитительного Lubitsh—touch, так же как явление Марлен Дитрих.«Голубой ангел». Реж. Джозеф фон Штернберг, 1930
Эмиграция — сначала экономическая — дала Голливуду европейскую прививку восхитительного Lubitsh—touch, так же как явление Марлен Дитрих.

«Голубой ангел». Реж. Джозеф фон Штернберг, 1930

И об исходном «урбанизме» немецкого фильма — с его знаменитым портретом улицы (фильм Карла Грунэ так и назывался: «Улица»), с приключенческим жанром похищения разнообразных технических секретов и со всеми возможными видами движения — трамваев, поездов, аэропланов и проч.

Не говоря об эмиграции — сначала экономической, которая дала Голливуду европейскую прививку восхитительного Lubitsh—touch, так же как явление Марлен Дитрих («Голубой ангел» фон Штернберга), а потом и политической: она привела в американское кино не только признанных знаменитостей, вроде Ланга, но и будущих знаменитостей, как начинающий Билли Уайлдер.

Направлений было тьма, но из всей их совокупности в результате вылупилась не книжка, как представлялось мне сначала, а фильм «Обыкновенный фашизм», который мы с Юрой Ханютиным сочинили под этим заглавием там же, в залах Госфильмофонда (помимо хроники, нас интересовали «маленький человек» в ролях и монстры немецкого экрана). Понятно, что изо всех возможных вопросов нас тогда больше всего волновал вопрос: как могло случиться, что... Притом, не только с немцами, но и с нами (известно, кстати, сколь Сталин помог Гитлеру прийти к власти, запретив Коминтерну сотрудничать с социал-демократами на выборах). Впоследствии, когда мы принесли сценарий Михаилу Ильичу Ромму, и на нас надвинулась громада хроники, мы переписали его уже вместе, но без участия героев игрового кино...

«Еврей Зюсс» Вейта Харлана был форвардом нацистской антисемитской пропаганды и в этом смысле выражением пресловутого «германского» духа.«Еврей Зюсс». Реж. Вейт Хэрлан, 1940
«Еврей Зюсс» Вейта Харлана был форвардом нацистской антисемитской пропаганды и в этом смысле выражением пресловутого «германского» духа.

«Еврей Зюсс». Реж. Вейт Хэрлан, 1940

...Заодно с двумя миллионами метров хроники и «культурфильмов» из архива Геббельса, который тогда еще хранился в Госфильмофонде, нам с Ханютиным довелось посмотреть и нацистские игровые фильмы, которые лежали там же, под грифом строгой секретности. На самом деле некоторая — преимущественно приключенческая и костюмная их часть — была уже знакома советскому зрителю. Правда, под другими названиями и без титров, в качестве «трофейных фильмов» — уникальный феномен советской действительности, собравший государству более чем приличные средства! Среди них заслуживает упоминания суперфеномен «Девушки моей мечты» с Мариккой Рекк, ставшей для «поколения победителей» действительно мечтой и почти культом. Воспоминание об этой удивительной «звездной вспышке» ушло вместе с этим поколением...

Разумеется, «Еврей Зюсс» (точнее, «Жид Зюсс») Файта Харлана был форвардом нацистской антисемитской пропаганды и в этом смысле выражением пресловутого «германского» духа.

Но тот тщательно охраняемый «секрет», который нам открылся во время этих просмотров, был в удивительном сходстве нацистских лент с советскими. Скажу честно, это было некоторым потрясением. Тогда же мы с Юрой придумали сравнительную ретроспективу, которая в те годы могла быть только нашим личным секретом.

Между 1964-м и 1989-м, когда мне удалось осуществить ретроспективу «Кино тоталитарной эпохи» на Московском кинофестивале с Кириллом Разлоговым и с помощью Кати Хохловой и Артема Деменка, прошла четверть века. Ни Юры, ни Ромма уже не было в живых.

В «Путевке в жизнь» юная жертва легитимизирует идеологию в качестве квазирелигии.«Путевка в жизнь». Реж. Николай Экк, 1931
В «Путевке в жизнь» юная жертва легитимизирует идеологию в качестве квазирелигии.

«Путевка в жизнь». Реж. Николай Экк, 1931

Конечно, нацистские ленты в большинстве своем были развлекательными. Кстати, подобный проект существовал и в советском кино, но не мог преодолеть барьера «бдительности», а точнее, страхов чиновников. Немецкое кино было монополизировано государством к 1944 г., и трудно сказать, к чему это могло бы привести. Но в основе обеих кинематографий была общая идеологическая «вертикаль»: вождь — герой — юная жертва — предатель — враг, которая конституировала кино в качестве национальной мифологии. Из них самая интересная часть программы — юная жертва, легитимизирующая идеологию в качестве квазирелигии («Путевка в жизнь» — «Юный гитлеровец Квекс»).

Ретроспектива была слишком ранней не только для еще советского общества, но и для западных «левых». Помню, как меня остановил Эрвин Ляйзер, автор докфильма «Мейн кампф»: «Майя, как Вы можете?», а я спросила: «Эрвин, а почему Вы не в зале?» Впоследствии мы показали сокращенную ретроспективу на выставке «Москва—Берлин» в Германии. И больше всего мне жаль, что из нее не удалось извлечь чего-нибудь вроде квадратного корня на видео для сегодняшних обсуждений.

А propos: позже, работая в США над подобной советско—американской ретроспективой, я убедилась, что сумма сходств-различий может носить не только идеологический — так сказать, причинный, но и как будто случайный, а по сути, эпохально-планетарный характер. Иначе как «духом времени» я не могла бы их объяснить.

«Расколотое небо» Конрада Вольфа — один из примеров наиболее проблемного кино ГДР.«Расколотое небо». Реж. Конрад Вольф, 1964
«Расколотое небо» Конрада Вольфа — один из примеров наиболее проблемного кино ГДР.

«Расколотое небо». Реж. Конрад Вольф, 1964

Жаль, что фильм «Убийцы среди нас» (название, заимствованное Штаудте из предвоенного опуса Ланга , переименованного и ставшего «Завещанием доктора Мабузе») — прошел мимо нынешней программы. Он был первым послевоенным фильмом. Фильм был еще не восточным и не западным, хотя и делался под эгидой советских «культурофицеров». Он вернул немецкому кино самоуважение и связь с традицией экспрессионизма. Он, наконец, открыл для кино новую «диву», Хильдегард Кнеф.

Потом немецкое кино разделилось, и мне случалось сталкиваться с ним и в гэдээровском, и в западном его вариантах, за границей и в Москве.

Конечно, раннее «Расколотое небо» Конрада Вольфа, по роману однофамилицы режиссера Кристы Вольф — один из примеров наиболее проблемного кино ГДР. К тому же фильм на свой лад обращается к урокам экспрессионизма. Кони Вольф, мой соученик по московской школе № 110, потом студент ВГИК’а, мог, как наследный принц немецкого кино и будущий президент Академии искусств ГДР, многое себе позволить. Но, удивительным образом, при всех своих регалиях, он позволял себе быть честным и сомневаться. Не то чтобы сомневаться прямо в социализме, веру в который он унаследовал от отца и от немецкой пролеткультуры, но в наличном обществе и в своем месте художника, в частности. Помню, как он привез в Москву «скучный», но вдумчивый и даже язвительный фильм «Голый на стадионе». Был накрыт стол в Доме литераторов, он надеялся на обсуждение столь насущной темы...

Но пришли только мы с Ирой Рубановой. В сущности, он был очень одинок между двумя культурами, русской и немецкой. Как-то, работая с Кони на его картине об Эрнсте Буше, я попросила его продиктовать маленькое предисловие к сценарию «Обыкновенного фашизма». «На каком языке? — спросил президент. — На русском или немецком?» — «Кони, сценарий на немецком!» — «Скажу тебе, Майка, по секрету (мы сохранили дружеские школьные отношения) — я свои академические речи пишу по-русски, потом перевожу на немецкий».

Вскоре Кони умер — страшно и внезапно. Мне рассказала его тогдашняя жена, что перед смертью, в Шарите, он бредил по-русски. И никто его не понимал. Поехать на похороны мне не разрешили за недостатком у меня номенклатурности...

Карнавальная картина «Легенда о Пауле и Пауле» о ненастоящем, убогом социалистическом преуспеянии и о настоящей смертельной любви стала культовой на переходе к капитализму.«Легенда о Пауле и Пауле». Реж. Хайнер Каров, 1972
Карнавальная картина «Легенда о Пауле и Пауле» о ненастоящем, убогом социалистическом преуспеянии и о настоящей смертельной любви стала культовой на переходе к капитализму.

«Легенда о Пауле и Пауле». Реж. Хайнер Каров, 1972

...А у конца гэдээровского кино стоял фильм Хайнера Каро «Легенда о Пауле и Пауле». Эта карнавальная картина о ненастоящем, убогом социалистическом преуспеянии и о настоящей смертельной любви стала культовой на переходе к капитализму, когда бывший социалистический Берлин еще пытался сохранить свою грубую, зато рукотворную самость. Теперь эти районы бывшего «востока» — знаменитая Пренцлауерберг, бедный берлинский Монмартр, где Кони снимал монтажную, — остатки пролетарских районов с их домами-дворами-ульями, любимым сюжетом немого кино, — стали самой престижной и дорогой частью Берлина.

Попрощаться с бывшей ДЕФА мне довелось на ее призрачном последнем юбилее в Потсдаме, когда ни студии, ни даже страны уже не было, но, может быть, поэтому приехали все еще живые. И Хильдегард Кнеф, уже почти без голоса, напомнила, чем был некогда немецкий шансон...

Безобидные экранные эскапады вроде «Ответ знает только ветер» не имели успеха у советской публики.«Ответ знает только ветер». Реж. Альфред Форер, 1974
Безобидные экранные эскапады вроде «Ответ знает только ветер» не имели успеха у советской публики.

«Ответ знает только ветер». Реж. Альфред Форер, 1974

...Разумеется, советская публика покупалась только на западную продукцию, и у зрителей имели успех вовсе не безобидные экранные эскапады Курта Хофмана «Мы — вундеркинды» или всякие приключения в замке Шпессарт, а также какой-нибудь «Ответ знает только ветер» — экранизации популярных — и притом проблемных — романов, вроде творений Зиммеля, ставших ныне доступными русскому читателю.

Но прорыв случился в Оберхаузене, когда молодежь — будущие немецкие «шестидесятники» — восстала против «папочкиного кино» и угроз всяческой коммерциализации «немецкого чуда».

Мне случилось столкнуться с этим в 1967-м году, когда с «Обыкновенным фашизмом» меня «выпустили» в Мюнхен.

Мы уже посмотрели «Молодого Тёрлеса» Фолькера Шлендорфа и «Прощание с прошлым» Александра Клюге. В Мюнхене мне показали то, что было на подходе: «Хронику Анны—Магдалены Бах» самого радикального из «оберхаузенцев» Жана-Мари Штрауба, «Трапезы» (Mahlzeiten) Эдгара Райтца, «Убийство случайное и преднамеренное» (Mord und Totschlag) Шлендорфа, «Татуировку» (Tätowierung) Иоханнеса Шаафа — впечатляющее вступление к знаменательному 1968-му, который уже происходил на улицах, в молодежных клубах и даже гимназиях Мюнхена. В ЦК, где нас «инструктировали», об этой — текущей, а не будущей — «молодежной революции» даже слухов еще не было.

Потом меня довольно долго за границу не выпускали, и я принимала у себя дома, в Москве, Шлендорфа и Маргарету фон Тротта, познакомилась с самоуглубленным «автодидактом» Вернером Херцогом и Ферховеном. И не познакомилась с Фаcсбиндером, которого Шлендорф передумал приглашать, когда я, наконец, попала к нему и Маргарете в гости в Мюнхене.

Разумеется, «Германия осенью» — нечто вроде хрестоматии протеста всех режиссеров сразу, но жаль, что наш зритель сейчас не увидит классики «оберхаузенцев» — «Жестяного барабана» Шлендорфа, «Каждый за себя, бог против всех» Херцога, «Алисы в городах» Вендерса и, конечно, большого Фаcсбиндера — хотя бы «Замужество Марии Браун» или «Лили Марлен». Впрочем, и в Германии «по ящику» их тоже увидишь нечасто, даже по табельным дням. В отличие от Голливуда, который показывает свои картины всех времен по специальным программам non—stop. О сегодняшнем дне немецкого кино я мало что могу сказать, потому что из-за глухоты должна была кино оставить. Впрочем, я никогда не была киноведом par excellence.

Пара фильмов из серии экранизаций Эдгара Уоллеса, придуманной и осуществленной когда—то, в начале продуктивных шестидесятых, в историю немецкого кино не попали.«Рука могущества». Реж. Альфред Форер, 1968
Пара фильмов из серии экранизаций Эдгара Уоллеса, придуманной и осуществленной когда—то, в начале продуктивных шестидесятых, в историю немецкого кино не попали.

«Рука могущества». Реж. Альфред Форер, 1968

Разумеется, теперь, в условиях наступающей глобализации, все ищут даже не национальную идею, а, скорее, этническую самоидентификацию. Взрыв этничностей накрыл существенную часть поля культуры. И это — в обстоятельствах стихийной «американизации» образа жизни.

Может быть, именно ей наперевес. Понятно, что хочется сохранить особенное и разное, вопреки всемирному МакДональдсу. «Антиамериканизм», кстати, весьма популярен в Европе, особенно «левой».

Но шарик становится все обозримее и тем самым меньше...

В заключение, я бы предложила сверх программы нечто из совершенно «низких жанров», вообще в историю немецкого кино не попавшее: пару фильмов из серии экранизаций Эдгара Уоллеса, придуманной и осуществленной когда—то, в начале тех же продуктивных шестидесятых, Пребеном для вышеупомянутой массы и кассы и не сходящей с экранов телевизора по сей день. Это детективы, с отличной актерской командой, с остроумной трюковой режиссурой и такой же музыкой, в «готическом» и прочем стилизованном дизайне. Короче — почти пародии, почти предшественники «Бонда». Свидетельство витальности того, что не называют «искусством»...

 

Материалы по теме:
Немецкие 90-е: «Быстро и без боли»
Страна молчания и тьмы
Фассбиндер отвечает на вопросы школьников

Читать дальше
Twitter
Одноклассники
Мой Мир

материал с seance.ru

1

      Add

      You can create thematic collections and keep, for instance, all recipes in one place so you will never lose them.

      No images found
      Previous Next 0 / 0
      500
      • Advertisement
      • Animals
      • Architecture
      • Art
      • Auto
      • Aviation
      • Books
      • Cartoons
      • Celebrities
      • Children
      • Culture
      • Design
      • Economics
      • Education
      • Entertainment
      • Fashion
      • Fitness
      • Food
      • Gadgets
      • Games
      • Health
      • History
      • Hobby
      • Humor
      • Interior
      • Moto
      • Movies
      • Music
      • Nature
      • News
      • Photo
      • Pictures
      • Politics
      • Psychology
      • Science
      • Society
      • Sport
      • Technology
      • Travel
      • Video
      • Weapons
      • Web
      • Work
        Submit
        Valid formats are JPG, PNG, GIF.
        Not more than 5 Мb, please.
        30
        surfingbird.ru/site/
        RSS format guidelines
        500
        • Advertisement
        • Animals
        • Architecture
        • Art
        • Auto
        • Aviation
        • Books
        • Cartoons
        • Celebrities
        • Children
        • Culture
        • Design
        • Economics
        • Education
        • Entertainment
        • Fashion
        • Fitness
        • Food
        • Gadgets
        • Games
        • Health
        • History
        • Hobby
        • Humor
        • Interior
        • Moto
        • Movies
        • Music
        • Nature
        • News
        • Photo
        • Pictures
        • Politics
        • Psychology
        • Science
        • Society
        • Sport
        • Technology
        • Travel
        • Video
        • Weapons
        • Web
        • Work

          Submit

          Thank you! Wait for moderation.

          Тебе это не нравится?

          You can block the domain, tag, user or channel, and we'll stop recommend it to you. You can always unblock them in your settings.

          • seance.ru
          • домен seance.ru

          Get a link

          Спасибо, твоя жалоба принята.

          Log on to Surfingbird

          Recover
          Sign up

          or

          Welcome to Surfingbird.com!

          You'll find thousands of interesting pages, photos, and videos inside.
          Join!

          • Personal
            recommendations

          • Stash
            interesting and useful stuff

          • Anywhere,
            anytime

          Do we already know you? Login or restore the password.

          Close

          Add to collection

             

            Facebook

            Ваш профиль на рассмотрении, обновите страницу через несколько секунд

            Facebook

            К сожалению, вы не попадаете под условия акции